Мой идеальный смерч. Дилогия

 – Отчеканил Петр.

– Отдай ее мне, – вдруг понял Женя, что Лида все же ему очень дорога, и он не хочет, чтобы с ней что-нибудь случилось.

– Сейчас, – чисто из чувства врожденной вредности отозвался молодой человек в очках. – Только свистни мне, друг. И сразу отдам.

– Твою мать, ты вообще в курсе, кто я? Что ты несешь, Nзапрещено цензуройN? Ты ей кто?

– Он мой парень, – неожиданно твердым голосом сказала девушка, слабою рукой обнимая Смерчинского за шею. – Он мой парень, и я тебе с ним изменяла. Да, зайка?

Зайка с подозрением посмотрел на Лиду. Ничьим парнем он себя не считал и считать не собирался.

– Он меня любит, – покачиваясь и не падая только из-за в общем-то крепких рук Петра, произнесла Лида. – Оч… очень. И не хочет, чтобы его девушка обща… общалась с другими мужчинами, да? – она повернула к хозяину клуба голову, в которой сейчас играл целый оркестр, состоящий из тумана, головокружения и легкости.

Вообще-то она попала в точку. Петр был собственником. Не смотря на кажущуюся джентльменскую учтивость и мягкость при общении со слабым полом, он мог быть воистину тираном.

– Не хочешь ведь, зайка?

– Ну как бы да, – ухмыляясь, поведал Смерчинский окружающим.

Ситуация его забавляла все больше. Он даже сам себе пообещал придти в свой кабинет с этой Лидой и воспользоваться тем, что она сейчас пьяна. Решил, что с удовольствием посмотрит на ее истерику завтра утром, когда она проснется и обнаружит, к примеру, себя раздетой на его диване, укрытой лишь его пиджаком.

– Так ты про него говорила? – спросил злой, как черт, Евгений. Он вдруг понял, что бывшая девушка не лгала.

– Да-а-аа, мы давно встречаемся… Я тебя тоже обманывала, – Лидия рассмеялась. Лена только глаза шире раскрывала.

– Больше не будете! – Рявкнул вдруг Женя. – Слушай, человек, не знаю, кто ты такой, но отдай ее мне по-хорошему и проваливай. Ясно, урод?

– Что-что-что? – склонил на бок голову Смерчинский.

Из собственного клуба Петру еще никто не говорил проваливать, даже намеки не делал, ну, кроме, опять же собственного дедушки, а уродом его даже и Даниил Юрьевич не называл. Гордость парня была задета.

– Что слышал, козел. – Обычно спокойный Женя становился все агрессивней. А голос бывшего, но, бесспорно, любимого до сих пор парня Лиды, заставлял вилку в сердце все сильнее и сильнее разрывать его.

– Да я, собственно, не козел. Это ты у нас мачо с рогами. – Улыбнулся Евгению, как лучшему другу, Петр. До него дошло, что это бывший черноволосой.

Внутри у Лиды начала плавиться лава, но она все продолжала плавным и сонным голосом:

– Он дарит мне все, что я хочу…

– Вот невезуха, – пробормотала Ленка. Ей стало понятно, почему одноклассница молчала о том, какой у нее друг – сам владелец этого нехилого местечка. В таком случае и она бы молчала.