Мой идеальный смерч. Дилогия

Она обрадовалась, правда, вначале застыла, и только через минуту несмело обняла его за плечи и сильнее прижалась к Дэну.

Кажется, они помирились или просто делали вид, что у них все хорошо.

Нет, все же они были искренни.

– Фу, взрослые целуются, – сказала девочка мальчику через пару минут, глядя на облитого парня и его девушку из кустов. – Фу, противно.

– Противно. – Согласился мальчик, тоже зорко следя за парочкой с великим подозрением. – Если я на тебе женюсь, как мама говорит, я тебя целовать не буду. Ясно?

– Ну и не надо. Целуются только дебилы.

Ты дебил! – и малышка пулей вылетела из кустов. Мальчик, он же ее будущий жених, он же дебил, погнался за ней со злобной рожицей. Дебилом он быть не хотел и все же в тайне наделся, что когда-нибудь станет, как этот взрослый парень, обнимать какую-нибудь красивую девушку, а не эту писклявую дуру с косичками. И плечи у него будут такие же крутые. И машина будет классной.

– Спасибо, – прошептал Смерч мне на ухо, и я кивнула в ответ, не отпуская его плеч.

Да, у него были действительно шикарные плечи, классные руки и чувственные губы.

И аура – или как еще можно назвать то незримое вокруг него, что притягивало к себе со страшной силой? – была коктейлем из самой нежности, смешанной с молоком, тропическими фруктами и неясным пока желанием чего-то большего и яркого."

"И как бы мне не хотелось говорить это, рядом с Дэном я чувствовала замирающий от любых прикосновений чудесный восторг, особенно тогда, когда имела шикарный шанс чувствовать его тело. Кажется, даже простая футболка может быть настоящей преградой для проявления новых искренних чувств.

«Плечеманка», – закричали головастики и попытались раствориться в радуге, прочно поселившейся в моей голове.

Ну да, точно. Пусть так.

Я медленно провела рукой по темно-шоколадным волосам и снова опустила руку на шею парня, заметив, как на ней бьется голубоватая жилка. Мне захотелось на нее подуть.

Дэн глубоко вздохнул. А я едва слышно и облегченно.

Хоть и слегка сейчас и ненавидела его, и готова была и убить, и пожалеть, и успокоить, и сказать обидные слова, но, кажется, мне пора признаться кое в чем – не ему, себе.

Я, кажется, обожаю этого Дьяволенка. Несмотря на все его закидоны, поступки и вечного «бурундука».

– Хэй? – позвал он меня тихо, наверное, догадываясь о моих чувствах – он ведь умный, должен… – Почему ты молчишь?

Мы соприкоснулись лбами.

– Не знаю. Но, Денис. – Мой голос звучал негромко, как со сна, и, мне показалось, он немного дрожал – то ли от поцелуя, то ли от того, что я сейчас услышала, – не делай больше глупостей. Маша – не Железный Дровосек.