Мой идеальный смерч. Дилогия

И заметила, что радужки у парня необычные: я всегда думала, что они очень темные, насыщенного кофейного цвета, но, оказывается, в них есть искры – около самых зрачков, и искры эти светлые. Как будто бы кто-то щедрой рукой насыпал в горький горячий шоколад горсть несладкой кокосовой стружки, не успевшей еще полностью стать коричневой, но уже и не белой.

– Что с тобой? – вымолвил Чащин, не отпуская моих рук.

– А с тобой что? – спросила и я.

– Со мной – ничего. А ты… Ты почему сегодня такая… красивая? – продолжал он вглядываться в мое лицо и в волосы, как пират в добытую у недругов, старинную карту сокровищ, совершенно не мигая.

На мгновение орлу, хвастающемуся всем вокруг фирменными модными очечками, показалось, что около русоволосого парня с высокими скулами и короткой мужественной прической, мелькнуло что-то, напоминающее полупрозрачную красно-оранжевую искру – искра пропала за спиной Дмитрия, изрядно удивив птицу."

"– Что с тобой, Маша? Почему… – повторил он, переводя взгляд на небесно-голубое коротенькое платье и на глубокий вырез, открывающий плечо.

– Я всегда красивая, – торжественно объявила я, вытащила, наконец, руки из его ладоней, хихикнула и села на стул, скромно вытянув ножки, которым порядком надоела новая обувь. Димка, откинувшись на спинку стула и сдвинув брови, оглядывал меня с ног до головы, особенно долго задержав пристальный взгляд как раз именно на ногах. Честно сказать, я неожиданно смутилась от его внимания, и тут же спрятала конечности под стул. От Чащина не укрылось мое изумление, и он неожиданно улыбнулся, как будто бы захотел этим разрядить ситуацию.

– Ого. Ну-ка, встань. – Велел он мне внезапно. Белый цветочек с головы свалился к нему на плечо. Я протянула руку и, взяв его, положила на стол перед едва заметно вздрогнувшим Димкой, сказав:

– Это тебе, в знак примирения. Ну не хотела я опаздывать. Давай уже заказывать что-нибудь!

– Какого примирения? – еще больше обалдел парень, вертя цветок в руках с большой осторожностью, как будто боялся повредить его.

– Нашего.

Я думала, ты меня из-за опоздания задушишь, Чащин. Но я не виновата! Серьезно, Дим.

– Маша, я в шоке. Ты, – взгляд его темных глаз сделался подозрительным, – ты так задержалась, потому что прихорашивалась? – видно было, что Димке нелегко выговорить это слово относительно меня. Я и прихорашивалась: нонсенс!

– Так вышло.

– А… ясно. Ну, встань же, – вновь попросил одногруппник.

– Зачем? – недовольно спросила я.

– Встань-встань.

Я с неохотой поднялась на ноги.