10
0
Надо было бы показать эту записку Дэну прямо за столом, предварительно прочитав ее, но я словно чувствовала, что читать ее нужно не за столиком! Чувствовала это и все. К тому же мне хотелось свободно поговорить с ним наедине и задать жару за провал его знакомой мелкой воровки!
Мы вышли, и, когда я обернулась около самой сцены, то увидела, как светловолосая женщина-Гоблин медленно повернула голову в нашу сторону, пристально взглянув в спину Смерчу, а потом вновь отвернулась к Нику – для поцелуя.
– Вот отстой, – простонала я. – Целуются.
Смерч обернулся и тоже увидел эту прелестную картину.
– Черт, – сказал он не своим голосом. – Знаешь, Бурундук, сегодня ничего не получилось. Опять. И я не знаю, почему. Прости меня.
Я, готовая минуту назад загрызть темноволосого парня за то, что очередная операция провалилась, почувствовала, что все негативные эмоции по отношению к нему медленно улетают на крыльях партнерства. Неужели я так свыклась с мыслью, что мы – партнеры, и должны помогать друг другу во всем? Странно, мы остались наедине, и даже салфетка почти не жжет мою кожу.
– Угу, – тихо отозвалась я.
– Как думаешь, кто-нибудь из них счастлив? – отстраненно спросил Смерч, кивая в сторону целующихся в кафе.
– Я не знаю, Смерчинский. – Отвечала я. – Если и счастлив, я не рада. Я тоже хочу быть счастливой. Я – эгоистка с большой буквы. Но до тебя мне, брат мой, далеко.
– Похолодало, – поежился Смерч и обхватил себя руками. Ветер действительно стал сильнее и, казалось, он забирался под одежду, чтобы коснуться своими прозрачными холодными пальцами кожи. Солнце же куда-то пропало вместе со всем своим воинством – радостными лучиками, а на небе, ставшем вдруг подозрительно низким, появилась чахлая серость, которой уступила место недавняя ясная лазурь.
Мы отошли от громкого и шумного кафе к аллейке, уже почти пустой и вмиг погрустневшей. Из-за угрозы грозы народ начал быстро расходиться. Кажется, где-то на западе, в низине, уже шел дождь – его полупрозрачную стену можно было наблюдать из парка, находившегося на некоторой высоте.
– Зачем ты меня выволокла сюда, Чип? – внимательно посмотрел на меня партнер.
– От твоей ненормальной подружки Аладдина записка, – хмуро сказала я, протягивая ему салфетку.
– Что? Когда она успела?
– Это не она. Это девушка того дядьки, которого обворовали. Красивая, ты наверняка ее помнишь. – Пояснила я, сгорая от нетерпения.
Смерч на мгновение прикрыл глаза, как будто бы представлял эту самую фарфоровую куклу богатого «папика». А потом, вдруг улыбнувшись, произнес:
– А ведь похожи.
