9
0А ее сестра с философским видом добавила:
– Что ты рыпаешься? Не у каждой, знаешь ли, девушки, будет шанс стать героиней такой замечательной истории! Такая романтика…
– Романтика? Ах, романтика? Ну, ладно, пусть будет романтика, – неожиданно сказала я. – Я вам даже подыграю. А перед Смерчинским будете отдуваться сами. Он в гневе страшен? – спросил я у рядом стоявших его друзей.
– Ужасен, – сказал кто-то.
– Убить может, – и парни захохотали.
Ну-ну, Вы сейчас сломаете ему всю игру по завоеванию Князевой, он вас и убьет, мальчики. А я то что? А я поучаствую в этом торжественном фарсе. Тем более… это действительно романтично. И даже если я предпочитаю кеды и спортивные кофты легкомысленным воздушным платьицам и заколочкам, это не делает меня черствой, грубой девицей, никогда не мечтавшей о сказочной романтике."
"А потом я отвлеклась на вновь прибывших: по мощеной серо-оранжевой плиткой дороге, ведущей от остановки до дверей университета, показалась еще одна огромная компания – человек тридцать, не меньше: большинство парней, но встречались среди них и девушки.
– Еще ребята! – обрадовалась Инга – я заметила, она вообще натура впечатлительная эмоциональная. – Сейчас и им шарики вручим. Надо, чтобы все собрались…
– А откуда вы узнаете, когда Смерч придет? – поинтересовалась я все тем же хриплым голосом.
– За дорогой следят наши парни, – важно сказал Слава.
– Ну что, – развела я руками. – Круто. Безрассудные вы люди. Я же говорю – мы со Смерчем просто приятели. Он вас за это, за такое столпотворение – морально изнасилует.
– Это делаешь ты, – весело сказал Димка, которому, похоже, ситуация нравилась. – Ты бухтишь и ноешь. Ноешь и бухтишь. Радуйся, Бурундукова! И не забудь про мою протекцию.
– Пошел на фиг, Чащин, – велела я ему, вспыхивая, как свечка. Я уже ненавижу слово «протекция».
Пока раздавали шарики и пока все пришедшие «поздравить Дэнни» зачем-то начали выстраиваться в кривоватый плотный полукруг вокруг этого самого перекрестка, я, крайней озадаченная происходящим и одновременно озлобленная, раздосадованная и отчего-то все-таки обрадованная, стояла с сестрами-подружками и Димкой, раз сто пятьдесят умудрившегося подколоть меня и назвать «невестушкой». Мы вышли из университета всего минут семь назад, а мне казалось, что я торчу тут пару часов. И где же Дэн? И почему…
– Он подъезжает к стоянке, – словно подслушав мои мысли, коротко кивнул тот самый парень, разговаривающий одновременно по двум телефонам. А какой-то умник вытащил откуда-то мегафон и заговорил:
– Дэнни будет через пару минут! Повторяю: будет через пару минут! Кто не встал в полукруг – встаем! Друзья! Встаем в полукруг! Все помнят, что нужно делать?
Хор голосов подтвердил, что все.
