0
0И начинают ныть: а почему ты мне не варишь борщи, а почему ты не хочешь за меня замуж, а давай родим ребеночка, а давай будем вечно вместе…
Особенно их выбешивает, когда они звонят через год после одноразового секса, а ты тут такая — не просто не ждала все это время возвращения Одиссея, навязывая свои шарфики всем окружающим, но и вообще не помнишь, кто это такой.
«Витя? Какой Витя? Из какого клуба? У вас на какое число заказ? Ну, пирожных. Волшебный секс?.. У нас?! О господи, Витя, ты бы еще напомнил, что мы в детском саду на соседних горшках сидели».
— Ну что ж… Я вообще ни разу не сомневался, что ты не такая как другие девушки.
— Ой, слушай, мне двадцать пять лет, давай ты не будешь вот эту лапшу вешать, а? Прыгать на задних лапках за сахарок «ты лучше других» я разучилась еще в школе.
— Да… — помолчав, сказал Макс. — Вот теперь я понял, насколько попал.
— Еще не понял! — пообещала я. — Но я в тебя верю, к концу лета справишься.
— Ты еще более охренительная, чем я думал. Выглядишь как фея, трахаешься как демоница и умна как…
Он замолчал и нахмурился.
— Что, не хватает образования подобрать метафору? — съехидничала я.
— Я вообще бросил институт. Развивал другие навыки, — буркнул Макс.
— Заметно… Даже жаль, что такой энтузиазм не был вложен в обучение на врача. Глядишь, нашел бы лекарство от рака, если бы занимался исследованиями с той же страстью, что сексом.
— Тогда бы мы с тобой не встретились…
— Слушай, ну ты с первого раза не понял?
— Комплименты не говорить. Записал, — послушно кивнул он. — Цветов тоже не дарить?
— Боже, да ты идеальна!
— И комплименты тоже лучше стейками!
Так начался второй день лета.
Макс отвез меня домой и таки оставил последнее слово за собой:
— Ты согласилась на стейки. Значит, все же не на пару раз!
Ох, этот дьявол прав.
Июнь — это не только сладкие липы.
Это тяжелая налитая черешня, гладкие сочные абрикосы, нагретая солнцем земляника. То самое время, когда у моих любимых фруктов и ягод сезон. Можно купить черешню и зимой — за бешеные деньги, но можно. Это будет очень крепкая, мясистая черешня совершенно без того наркотического вкуса, который заставляет людей пожирать ее ведрами, умирая, но не сдаваясь! Земляника растет и в октябре, но вкус у нее совсем другой.
Нектарины… Это вообще моя любовь — тонкая кожица проминается под языком, вот-вот брызнет соком, натянется под острыми зубами и — пщщщщ! Ты вся угваздалась, но абсолютно счастливая пожираешь кисло-сладкую сочную мякоть.
