142
0Всё, на что он смог решиться, – это медленно повторить:
– Прекрати называть его учителем! – выкрикнул Мин Фань. – Не оскорбляй его этим хотя бы сейчас! Братья, что нам за дело до того, что мы не сможем его одолеть? По крайней мере, умрём с честью рядом с учителем!
Однако Нин Инъин преградила ему дорогу, вскинув руку. Объятый яростью Мин Фань решил, что она сделала это из былой привязанности к Ло Бинхэ.
– Сяо шимэй, ты только посмотри, чем всё кончилось! – упрекнул её он. – Неужто ты до сих пор так ничего и не поняла?!
– Замолчи! – оборвала его Нин Инъин. – Что сказал бы учитель, видя, как тебе не терпится свести счёты с жизнью? Он дал сеятелю заразить себя, чтобы защитить нас, и так-то ты чтишь его жертву?
Все эти годы Нин Инъин отличала неизменная аура нежности и очарования, и потому внезапно проявленная ею твёрдость характера заставила Мин Фаня застыть от изумления.
Он так и стоял словно громом поражённый, пока по лицу не покатились слёзы.
– Но… как можно стерпеть подобную несправедливость?.. – горестно всхлипнул он. – Учитель не сделал ничего дурного, а его обвинили в том, что вступил в сговор с демонами, убивал людей, заклеймили злодеем, заточили в Водной тюрьме… Ему ведь не дали ни единого шанса оправдаться! – Его голос заглушили новые всхлипы, и он не сразу смог выговорить: – А всё потому, что он так любил этого мальчишку… Он даже поставил на него пять тысяч духовных камней на собрании Союза бессмертных, так он в него верил! Он так искренне радовался, когда другие хвалили его… А потом он отказался возвращать Чжэнъян на пик Ваньцзянь, вместо этого настояв на том, чтобы устроить могилу меча на заднем склоне горы… Он так долго горевал, так безутешно… И теперь, после всего этого, встретить подобный конец?!
Ло Бинхэ внимал его словам, будто в тумане, не в силах понять, наяву это происходит или во сне.
Так вот как оно было на самом деле?
Неужто всё это время… учитель и впрямь горевал по нему?
Нин Инъин сделала шаг вперёд. Несмотря на то, что глаза девушки были не менее красны, чем у Мин Фаня, её голос звучал ровно.
– А-Ло, хоть мы и не присутствовали на судилище, затеянном в городе Цзиньлань, мы все о нём наслышаны. Не знаю, почему, выжив, ты не пожелал вернуться на хребет Цанцюн, не возвратился к нам на пик Цинцзин, и тем паче не могу понять, почему не заступился за учителя. Мне ещё меньше известно о том, что случилось во время собрания Союза бессмертных, но ты мог бы, по крайней мере, воздать учителю за всё, что он для тебя сделал за годы твоего обучения, – его поддержка и желание защитить тебя были искренними, это подтвердит любой из моих товарищей.
