74
0Не тратя времени на слова, он нанёс Лю Цингэ сокрушительный удар, собираясь добить главу пика Байчжань, и Шэнь Цинцю не оставалось ничего другого, кроме как уничтожить себя на глазах ученика. И с тех самых пор…
Рассказчик прервал повествование, намеренно подогревая интерес аудитории глубокомысленным молчанием. По толпе слушателей прокатилась волна нетерпеливых вздохов, тогда-то удовлетворённый достигнутым эффектом Лу Лю наконец приступил к финалу:
– …И с тех самых пор эту версию шёпотом передают из уст в уста. Кто-то скажет, что это – абсурд, граничащий с возмутительными выдумками, и всё же, как по мне, в ней есть множество деталей, над которыми стоит призадуматься. Помните, милостивые господа, официальная история нередко выхолащивается и приукрашивается с целью скрыть неприглядную правду, так что сплошь и рядом истину можно почерпнуть лишь из неофициальной истории!
«Да эти твои “детали” попросту высосаны из пальца! – сокрушался про себя Шэнь Цинцю. – “Почерпнуть истину”, вашу ж мать! Даже не имей я возможности в течение двадцати лет обнять женщину, я бы не дошёл до такой крайности, чтобы замутить с мужиком! Да ещё и с главным героем!»
Тем временем к ним, ловко лавируя между посетителями, приблизилась юная подавальщица. Ян Исюань и Лю Минъянь продолжали бездумно таращиться в пространство.
– Давайте, ешьте поскорее, – поторопил их Шэнь Цинцю. – А как закончите – ступайте по домам!
Им и впрямь не следовало задерживаться в этом пагубном месте: кто знает, каким ещё опасностям здесь могут подвергнуться мировоззрение и моральные ценности этих детей?!
Глава 10. Дворец Хуаньхуа
Проводив младшее поколение за пределы приграничных земель, Шэнь Цинцю двинулся в противоположном направлении.
Он целеустремлённо шагал, пока на небе не взошла луна, а его невероятно тонкий слух не уловил еле различимый призрачный звон колокольцев.
– Воистину, ты – злобный дух, который даже после смерти не истает, – не оборачиваясь, бросил он.
Убедившись, что её обнаружили, Ша Хуалин не видела смысла далее скрываться. Как ни в чём не бывало выплыв на дорогу, она обернула край красной газовой ткани вокруг запястья и с улыбкой произнесла:
– Чья же вина в том, что столь выдающийся господин так заинтриговал Лин-эр? Вы с таким вниманием отнеслись к этим двум ученикам – признайтесь, что связывает благородного господина с хребтом Цанцюн?
Развернувшись, Шэнь Цинцю покачал пальцем в воздухе:
– Я не собираюсь с тобой драться, и надеюсь, что тебя также не посетят подобные идеи. – По здравом размышлении Ша Хуалин не могла не признать, что она ему не соперница. Шэнь Цинцю как раз думал о том, что не помешало бы припугнуть её немного, когда всё его тело внезапно содрогнулось.
