Проклятое дитя

Тишина вдруг нарушилась именно после этого момента: любопытство людей не могло выдержать слишком долгое время, и шепот и разговоры очень быстро создали тихий шумовой фон. И гостям даже не нужно было прислушиваться, чтобы знать, о чем сейчас толкуют окружающие: об их внезапном появлении, об их требовании, о поведении собственного короля, о двоих — сыновьях императора Алимана, таких разных и удивительных.

С равнодушным, не выражающим даже скуку лицом Хасин отстраненно смотрел на брата, который расхаживал по залу, словно находился у себя дома — крутил головой, щупал колонны, даже осмелился взойти на возвышение и обойти трон, коснувшись рукой его высокой спинки. За ним, когда он легко взлетел по ступеням, проследили затаив дыхание, явно в ожидании пределов смелости мальчика — посмеет ли он сесть. Кассиан не был дураком, он лишь развлекался, ему нравилось наблюдать за реакцией людей, пусть они даже не видели этого самого наблюдения. Но Хасин слишком хорошо знал своего брата, чтобы сомневаться в том, что внутри его сотрясает смех и задор: слишком подозрительно блестели его равнодушные для всех глаза.

За спиной гостей, перед входом в тронный зал убирали трупы тех, кто посмел возразить беловолосому демону и его праву находиться здесь, что лишь подтверждало его — ведь король не сказал ему ни слова в ответ на подобное оскорбление.

В шепоте и разговорах по углам прошло несколько десятков томительных минут, прежде чем в зале появился секретарь Его Величества, чтобы пригласить гостей в покои готовой их встретить королевы. Кассиан и Хасин одновременно шагнули в указанную сторону. Вслед за ними и их сопровождение, но замерло на месте, стоило Бастарду лишь едва заметно отрицательно качнуть головой — он знал, что никто не посмеет причинить принцу или ему вред. Сейчас весь этот дворец с его обитателями походил на дикого злобного пса, который стоит в стойке и грозно рычит. Но боится куда больше, чем злится. Их боялись, страшились, их присутствие наводило ужас на каждого, а значит, никто не рискнет просто приблизиться к ним без приказа. А король Тамир не отдаст его, потому что слишком хорошо знает своего врага и последствия столь опрометчивого шага, которые грозят ему в случае подобной глупости.

Тем же путем, что недавно шел Тамир, гостей провожали к покоям Ее Величества королевы Рабии. На каждом углу стояли стражники, у каждой двери и прохода стояли стражники, а стоило им пройти мимо них, как они тут же следовали за ними — Хасин переглянулся с усмехающимся братом, тоже заметившим этот феномен. Но они тактично убрали с лиц насмешки. В покои королевы они вошли практически под конвоем. И все же Бастард не удержался от ироничного и насмешливого изгиба губ, когда встретился взглядами с Тамиром.