2
0Ремень, подшлемник, камуфляжный чехол — или полностью разрушаются, или находятся в состоянии, не допускающем восстановления… Исключения крайне редки.
Подбородочный ремень потертый — однако явно родной. Ну-ка, а подшлемник… Кирилл ощупал рукой внутренность каски — ага, и подшлемник на месте. Камуфляжного чехла нет, но Кирилл не помнил, употреблялись ли они в сорок первом в России… Именно в сорок первом: уже в следующем году немцы перестали изображать по бокам вот эти два щитка, с орлом и свастикой, и с диагональными трехцветными полосами, — слишком заметны для снайперов.
М-да… Полное впечатление, что владелец каски получил ее на складе весной сорок первого года, участвовал с нею на голове в нескольких полевых учениях, может даже в Югославской кампании вермахта, затем попал в Россию, провоевал пару месяцев все в той же каске, а потом… А потом случилось странное: обнаружил бравый пехотинец бесхозную машину времени (каких только трофеев пехоте не попадается), да и запихал в нее касочку, да и отправил зачем-то в год этак 2004-й по рождеству Христову, — а там головной убор с радостью приняли, и тут же нашли применение: напялили на пугало.
С мундиром — вернее, с кителем от мундира — почти та же история… Почти, да не та. Потому что тут даже редких исключений не случается. Вернее, Кирилл с ними никогда не сталкивался… Не сохраняется ткань в земле десятилетиями, истлевает напрочь… И все мундиры вермахта, что можно найти ныне в продаже или в частных собраниях (государственные музеи не в счет) — новоделы.
Однако — вот, наглядный пример… В таком кителе на парад, конечно, не пойдешь, но ткань относительно крепкая — того самого цвета, что наши именовали «мышиным», а немцы — «фельдграу»… Ну и кем же был владелец мундира? Не рядовой: алюминиевая четырехлучевка на погоне — фельдфебель… А вот род войск не понять, но едва ли пехота.
