Пока я разбирался с нейросетью и пытался осмыслить выданную ею информацию, ко мне кто-то подошел, его выдал легкий скрип и скрежет мелкой гальки под ногами.
— Мэтр, он очнулся, но делает вид, что все еще без сознания. Я уже два раза на него диагностическое плетение наложила, абсолютно здоров и в сознании. — разоблачил меня знакомый девчачий голос.
— Ну вот и хорошо. Рус, может быть вы прекратите симулировать? — ну и что мне оставалось делать? Вздохнул и открыл глаза. Ха, похоже я несколько поторопился обвинять мэтра, лежу в чём-то вроде гамака, скорее всего в том самом возке, что я видел в роще, не связанный, не раздетый, даже моя шпага и кинжал при мне.
— Не надо, сам как-нибудь справлюсь. — осторожно, чтобы не перевернуться и не опозориться выбрался из гамака. Зря осторожничал, между ним и полом возка было сантиметров двадцать.
— Да, Рус, ну и напугали вы меня. Хотя, сам виноват, видел же, что у вас есть дар, но посчитал, что раз вы так смело и уверено употребляете «Солнечный Дар», то знаете, что делаете. Признайтесь, вы же первый раз эту «кашку» ели?
— Да.
— Конечно, нет! Каша тут абсолютно не при чем, это я виноват, старый харк! — вот чего-чего, а такого признания я никак не ожидал, думал, станет юлить и оправдываться, а нет. — Признайтесь, юноша, вы же ничего не знаете о магии и скорее всего ваши родители были «благородными искателями».
— На счёт «благородными», не уверен, но «искателями», точно. — ха, а ведь и опять не соврал, сколько я в свое время выслушал историй от отца, да и от мамы.
— Ага, я так и думал.
— Угадали. Сколько раз слышал от мамы, что нечего мне по лесам да горам шастать, делом надо заниматься тем, к которому душа лежит, а не тем, чем родители занимаются.
— Мудрая у вас мама была, мудрая и желала вам самого лучшего. Уходя из дома, я так понимаю, вы взяли первое, что попалось вам под руку?
— Ну, можно и так сказать…
— А вы знаете, юноша, что та «крупа», из которой вы кашку решили себе сварить, ценится на вес золота.










