— вот же идеалист и фанат, мне его даже жалко в чем-то стало, потому что не верю я в такой шанс, а вот в случайную инициацию, верю. Пусть уж лучше она, чем неизвестная Империя, или что там еще, магов огромной силы.
— Ладно, что толку гадать как и почему он здесь оказался. Меня больше интересует вопрос, почему сканеры показывают на его месте наличие магических, технологических и еще каких-то артефактов. Причем, вместе с телом переместились и засветки, да и поиск в том месте где я его нашел, ничего не дал.
— На этот вопрос ответить не сложно…
— Он сам является этим артефактом… артефактами… блин, ничего не понимаю!
— Ну, частично ты, возможно, и прав, вполне может быть, что какие-то части его тела стали артефактами.
— Хорошо, согласен, с магическими артефактами кое-что проясняется. Вот только я не понял… ты что, предлагаешь мне его разделать, э-э-э разломать?!
— А почему бы и нет? Конструкт использованный им обратить невозможно, по сути, это уже даже не тело разумного, а самый настоящий камень… ну, с кое-какими включениями.
— Ясно. Как я понимаю, никакого пиетета перед телами погибших коллег Искатели не страдают.
— Даже смерть Искателя должна принести пользу живым! — немного пафосно заявил Войтан. Ага, все таки Искателя, — подумал я, но с точкой зрения своего визави согласился — мне все в жилу.
— ну, с такой постановкой вопроса я спорить не стану. А что на счет технологических артефактов и еще чего-то там непонятного? С ними что?
— Рус! Ну нельзя же быть таким тупым! Обыщи его и все дела.
— Ты каким местом меня слушал? Я же сказал, «его тело и все с чем оно соприкасалось»!
— Так, с телом ясно… одежда тоже превратилась в камень, виной тому шипы… Блин! Карманы и рюкзак!
— А еще пояс. Под складкой ставшей камнем одежды его просто не видно.
— Придется дробить. Рюкзак тоже окаменел и так просто в него не заглянешь.
— Зачем дробить? Ты маг… или погулять вышел?
Через два часа мучений стало ясно, что все же… погулять вышел. Что поделаешь, стереотипы мышления никуда не денешь и если что-то можно сделать не прибегая к магии, я это делаю, по крайней мере, пытаюсь делать.










