Попал-не пропал

Сразу после обследования, все еще находящихся без сознания людей куда-то уносили, но без паники и не спеша и только с Лолом возникли какие-то трудности, в какой-то момент я даже испугался, что его просто убьют прямо тут же, по крайней мере, пара преподавателей с Боевого факультета уже начали что-то там готовить из, явно, очень убойного, но потом паника прекратилась, а на многих лицах проступило нешуточное удивление и, я бы даже сказал, уважение, направленное на парня. В конце концов на полигоне кроме меня и, скажем так, «группы поддержи» никого не осталось.

Меня, кстати, обследовали первым, при этом еще и, ненавязчиво так, контролировали.

— Блайд, ты не объяснишь мне, что тут вообще происходит? — шёпотом поинтересовался я.

— Потом, домой придем и что знаю, то расскажу.

К моему глубокому разочарованию, попытка «удалиться по-английски», не удалась. Точнее была пресечена прямо на корню — я только-только уверено утвердился на ногах, а в голове пропал навязчивый шум, как ко мне подбежал какой-то студент, кажется, третьекурсник с целительского факультета, и уведомил меня, что через полчаса меня ждут в ректорате.

Стоявший в этот момент рядом со мной Блайд с жалостью посмотрел на меня и только ободряюще похлопал по плечу, дескать, держись, мысленно я с тобой. Ну что же, ректор — это величина и в моем случае абсолютно недосягаемая, поэтому, игнорировать или высказывать свое неудовольствие по поводу этого вызова, я и не подумал, да и грела душу мысль, что совсем скоро я встречусь с одним из сильнейших магов этого Мира, что даст мне возможность разглядеть его энергетическую систему и, чем черт не шутит, может быть увижу и узнаю что-то важное и для себя.

Ага, наивный чукотский вьюнош, делать нечего ректору Академии, архимагу и родственнику Императора, как встречаться с каким-то первокурсником… В общем, ректора я не увидел, зато познакомился с его «замом по безопасности», тоже, кстати, архимагом, и деканами факультетов целительства, артефакторики и амулетостроения, алхимии и зельеварения. Как потом оказалось, эта компания была чем-то вроде «Следственного Комитета» Академии, «Суда Чести» и «Военного Трибунала» в одном лице.

Четыре часа из меня вытягивали жилы, я раз двадцать рассказал что и как было на полигоне, почему-то, особое внимание «высокое собрание» уделяло именно моим ощущениям и впечатлениям, а не фактам. В общем, я так и не понял чего от меня хотели и чего добивались, наверное, поэтому и нервничал, а эти типы, видя мое нервозное состояние все что-то выпытывали.