0
0- Тебе смешно! Ты заморозил здесь всё.
Он указал на стену, по которой расползлась изморозь. На тазах и черпаках виднелся слой инея.
- Ну, бывает, - отмахнулся я. - Растопи, делов-то.
- О да! Я растоплю, так растоплю, - подняв руки, он, не раздумывая, сформировал огненный шар и прицелился. У меня была всего пара мгновений, чтобы убраться с пути драконьего пламени. Оперевшись о края бочки, я дёрнулся вверх и выпрыгнул. Обернувшись, только и успел заметить, как к потолку взвился огненный смерч и пар.
- Сдурел, Вегарт, - зарычал я, тут же ударил руку обо что-то странное.
- Какая очаровательная юбка, - оценил одеяние огненный дракон, поддевая меня хриплым басом, - всё дамы обзавидуются.
Выпустив своего зверя, я взглянул на этого шутника тяжёлым взглядом, а потом кулаком ударил по широкому кругу льда, образовавшемуся вокруг моей талии.
На пол упала сначала одна половина моего невольного наряда, затем другая. Криво усмехнувшись, я продемонстрировал братцу внушительные клыки.
- Расслабься, Дьярви, - прорычал он, - ещё один день и всё будет закончено.
Выдохнув, я взял своё тело под контроль и потушил всполохи магии.
- Кажется, с водными процедурами покончено, - схватив отрез сухой ткани, растёр тело. -Где там завтрак?
- Я приказал подать сюда. Наверное, уже накрыли стол.
Обернув ткань вокруг бёдер, мы вышли в предбанник. На небольшой лавке у самого входа сидел мальчонка - служка. Стоило нам показаться из-за дверей, как он вскочил и вытянулся по струнке.
- Накрывать на столы, лорды? - затараторил он спешно, а после, поняв, что слова-то ему не давали, смолк и побелел. Столько ужаса отразилась в детских глазах.
- Что стушевался? - поддел его Вегарт. - Беги на кухню, пусть несут мяса да медовухи, и поторопи их.
Мальчонка мотнул беловолосой головой и шмыгнул наружу, заплетаясь в собственных ногах.
- Заметил странность? - брат опустился на лавку и размял шею. - Они совершенно не знают, как вести себя с хозяевами. Всё какие-то запуганные и неуклюжие.
- Какой замок, такой и народ - проворчал я, собрав собственные вещи, перекинул их на высокую лавку у стены. Тяжёлая золотая украшенная рубинами фибула, выполненная в виде лошадиной подковы, упала на пол и закатилась в угол.
Прейдя в себя, в первые мгновения не могла понять, что со мной произошло и где я.
Плотно натянутый на голову мешок мешал мне рассмотреть хоть что-нибудь. Оставалось только довериться своему слуху и ощущениям. Всё тело болело и ныло. Замычав, я попыталась вынуть изо рта тряпку. Но не выходило. Связанные руки затекли.
Дрожа от страха, я завертела головой. Чья-то грубая ладонь пролезла через ткань и выдернула кляп.
