Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы

Хмм… За несколько минут, проведенных в обществе Оюн, я поняла, что она ничего… абсолютно ничего не делает просто так, поэтому ее слова об интересных делах, признаться, насторожили. А если вспомнить пристрастия Власовой, проанализировать состав делегации… Сейчас что-то будет.

А ведь ОН женщин не жаловал. Может, к богиням будет относиться иначе? Хотя… вряд ли.

Но Оюн виднее, для нее ОН – открытая книга.

- А что происходит? – тихо спросил Эли и обнял меня так, как обнимает мужчина свою женщину, нежно, привычным жестом, словно всю жизнь именно так и прижимал меня к себе.

Это не осталось незамеченным, взгляды эггеров, которые они бросали на нашу пару, были разными: добрыми, понимающими, завистливыми и… откровенно злыми. Злых больше. Ох, не любят Амакиров на родной планете. А до сих пор не прикопали под кустиком, только потому, что члены рода даром обладают сильным, в котором общество нуждается, да и Вселенная в целом.

- Понятия не имею, - честно ответила я. Почти честно, потому что кое-какие догадки все же были.

- Следуйте за мной, - не оборачиваясь, произнесла Богиня.

Очевидно, это относилось и к нам тоже, но почему-то ни я, ни Эли, ни его дядюшка с места не сдвинулись. Смелый эггер к этому времени поднялся на ноги и завопил:

Можно подумать, что без его криков кто-то позволил бы себе заступить дорогу Оюн. Все стали свидетелями проявления ее силы. И это малая толика возможностей. Сколько еще скрытых резервов таит душа древнего существа!

Богиня ступала величественно, высоко подняв голову, и совсем не смотрела себе под ноги. Впрочем, зал отличался минимализмом. Я не заметила терний на ее пути, но…

Едва поравнявшись с ректором академии, она вдруг покачнулась и стала падать. Разумеется, как настоящий мужчина, Таргол олс Софф не мог не помочь даме, оказавшейся в трудной ситуации, и подхватил на руки. При этом лицо его сделалось непроницаемым. Хотя бы не обычная брезгливость при виде женщин, это уже прогресс.

Какая актриса! Количество талантов на одну древнюю душу впечатляло. Даже я поверила в случайность произошедшего.

- О, вы меня спасли, дорогой адмирал, - защебетала Богиня, крепче обнимая мощную шею эльдорца.

- Это мой долг, шиара, - сдержано ответил ректор. Его щеки порозовели, но на лице не дрогнул ни один мускул.

- Послушайте, - теперь Оюн обращалась к старшему Амакиру. – Если не ошибаюсь, Шуран?

- Совершенно верно, Великая шиара! – поклонился дядюшка. – Шуран Амакир – верховный жрец вашего храма.

- Пусть все так и останется, - кивнула Богиня. – Я желаю, чтобы такие доблестные воины, как этот бравый военный, постоянно были в моем окружении.

- Будет исполнено, - кивнул верховный.

- Назначаю его на должность личного телохранителя.