Сползла, наконец, с кровати, ушла чай готовить и остывать. А то сама киплю как чайник. И злюсь, и либидо что-то совсем взбунтовалось. Хочет Цербера и все тут. Редко, когда мои потребности расходятся с желаниями, а тут прямо раздрай.
Когда вернулась с лечебно-питьевым набором невольно умилилась. Не знаю, когда успела вернуться кошка, но она это сделала, причем незаметно для меня. Лежит на груди у начальника, мирно и комфортно расположившегося в моей постели. Ну правда, со стороны кажется, будто это его законное место и все нормально, никаких вопросов. Фурия урчит, довольно жмурится от мерных поглаживаний мужской ладони.
Обратила внимание еще на одну деталь. Брюки. Мужские. Аккуратно повешенные на спинку стула. Цербер укрылся одеялом. Возникло страшное подозрение.
Подхожу и ставлю угощение на тумбочку. Шеф мой вопрос игнорирует.
– Так, одевайся, отвезу тебя домой вместе с кошкой. Говори адрес.
Цербер лениво скосил на меня взгляд. Чувствую, говорить не собирается. Не знаю, может сейчас случилась бы попытка убийства одного наглого гостя, но в дверь позвонили.
Иду узнавать кто там, а это курьер с заказанной и оплаченной шефом едой. Забираю пакеты и краем глаза замечаю, что некоторые соседские двери на площадке приоткрыты. До этого я только выглянула, а тут вышла в коридор и двери тут же захлопнули. Система слежения “Бабули на стреме” активирована.
Вернулась в квартиру, проверяю пакеты, а там столько вкусностей, и все в основном, что я люблю.
Захожу обратно в комнату.
– Ты на кухню есть пойдешь? – спрашиваю, мысленно разрешив Церберу остаться на ужин.
– Лучше здесь, – не отрывая взгляд от телевизора, отвечает начальник.
– Пикник на кровати? Ну ладно. Только учти, спать ты тут все равно не останешься. Через час я вызову тебе такси.
Действительно, чего это я его сама повезу домой. Машина босса только тут останется, но ничего, заберет, когда выздоровеет.
Начальник в ответ промолчал, и это молчание прозвучало как вызов.
Нет, ну я ничего не говорю, посидели хорошо. Точнее полежали с едой, фильмом и кошкой. Я бы сказала, что было очень уютно, что ли. Никогда раньше не понимала домоседов, каждый вечер проводящих в четырех стенах.
– Ну чего, давай собирайся, – когда закончился фильм, зевая, говорю я, перетягивая край одеяла на себя, чтобы стащить его с Цербера. А шеф и не против, еще и сам укутал меня в это одеяло плотнее. Исключительно в лечебных целях где-то в середине фильма я все-таки перебралась у начальнику под бок. Быстрее вылечится – быстрее уедет. Все логично. И нет, соблазнам тела я не поддамся, большего позволять не собираюсь.










