Мраморный рай

Хотя временами покалывания превращались в настоящую боль, Сергей и Макс молчали, не подавали вида; Ангин поглядывал с беспокойством.

Вдруг Денис сказал — хриплым недетским шепотом, не открывая глаз:

— Тут все… Уведите меня… Не могу больше… Сам не дойду…

Сергей с усилием вытащил свою руку из-под потной ладошки сына. Стал подниматься. За ним потянулись Макс и Ангин. Дениса пришлось взять на руки. Остальные присутствующие — кроме Тихона — не обратили внимания на их тихий уход.

В этот день решили все же в путь не отправляться: мальчик устал не так, как после врачеваний, но все равно проспал несколько часов. К тому же перед расставанием он собирался навестить Анну.

Их дважды кормили, вне сомнений, местными деликатесами: мясной похлебкой, запеченным с какими-то травами хлебом (как и из чего он приготовлен, Сергей не понял, но вкус был потрясающий), жарким…

— Надеюсь, не из крыс или плоргов, — пробормотал Макс, с подозрением принюхиваясь к жаркому. — Слушай, я так ничего и не понял, ты мне объясни, что твой мальчишка делал на переговорах? Колол меня чем-то…

Сергей поглядел на спящего сына.

Макс чуть не подавился куском мяса.

Вечером Денис сходил к Анне, вернулся довольный, лучащийся от счастья. Рассказал, что девушка разговаривает, пока, правда, немного. Пыталась садиться. Кто-то сказал ей, что это Денис снял страшную хворь. Но выразить свою благодарность за спасение, то, что было у нее на душе и на сердце, Анна так и не смогла.

— Но у нее в глазах это было, я сам понял, — улыбнулся мальчик.

С возвращенным оружием, нагруженные боеприпасами и пайками, сытые и отдохнувшие, Макс, Сергей, Ангин и Денис стояли на краю города. Светало. Впереди расстилались бескрайние поля, окаймленные черной полоской леса у самого горизонта; справа вдалеке тянулась цепочка холмов, обитатели которых были теперь не только не страшны нашим героям, а даже приглашали погостить.

Мужчин и мальчика сопровождал огромный и хмурый абориген. Как его зовут, выяснить так и не удалось. Сергей был рад, что он в респираторе, — от «ароматов», источаемых долинными, он за последние дни порядком устал. Дикаря отрядил Тихон Игнатьевич, сказав, что это хороший проводник, проведет их через поля до самого леса, а в случае чего сумеет договориться с амазонками.

— Да что нас провожать через поля, ответил ему Сергей, видно хорошо, далеко, иди себе да иди. Надо только пересечь их засветло, чтобы не ночевать на открытом месте. А что за амазонки такие? И как провожатый договорится — он разве говорит?..

— Амазонки — сумасшедшие бабы, ответил Тихон, и уж кто точно может с ними договориться, так это ваш провожатый, вы не глядите, что молчун. Нужда придет — он так скажет… всем все сразу станет понятно.

— А удильщик, задал Сергей мучивший его вопрос.