Мой бывший враг (СИ)

– И что там такого особенного?

– Я не была, не знаю. Я как-то клубы не очень. Но если верить Тёме, то там шикарно. Без всяких малолеток, наркоманов, барыг и гопоты. Туда ещё просто так и не попадешь.

– Ясно. И что, неужели ты пойдешь?

– Ну… – смутилась она. – Я хочу.

– Блин, Вера, ты вспомни, как он тебя динамил все это время. А тут пальцем поманил, и ты всё забыла? Готова бежать за ним?

– Выбирай выражения! Ни за кем я не бегу. Я просто хочу провести приятно время, – обиделась она на мои слова. – У меня был очень тяжелый период, сама знаешь. Мне хочется развеяться.

Я вообще все время дома сижу, так и молодость пройдет, а я так ничего и не увижу. Понимаешь? Для меня сейчас Тёма и его приглашение… ну просто как лекарство от депрессии.

Мне так хотелось ей сказать, что Шаламов дурит ей голову, но Филя и правда истосковалась вся, может, ей и правда вечеринка пойдет на пользу.

– Издеваешься? Вот только вечеринок сейчас для полного счастья мне не хватает.

– А почему нет? Там же не какая-то пьянка не пойми с кем. Там всё круто будет, цивилизованно.

– Да, Вер, не хочу я. У меня вообще о другом все мысли.

– Ну ненадолго хотя бы. Ну, пожалуйста! Мне немного не по себе. Я стесняюсь ужасно. Но пойти очень хочу. Мне просто нужна моральная поддержка. И Артем сказал, что я могу пойти с подругой. А у меня кроме тебя никого нет. Пожалуйста, Тань!

– Вер, ну не могу я, извини. Ты же знаешь, мне надо к Диме.

Филя, по-моему, на меня обиделась. Мы распрощались с ней как-то сухо. Но это не беда, уж с ней я сумею потом договориться.

Я даже домой не стала заходить, сразу отправилась к Димке. Ехала, конечно, в диком волнении. Не знаю, как мое бедное сердце выдержало – колотилось оно всю дорогу как обезумевшее.

И потом, пока шла по коттеджному поселку к дому Рощиных, оно металось так, что в груди заболело. Ничего, главное – найти нужные слова, достучаться до него, сломить его дурацкое, глупое сопротивление.

Я решительно шагала по вычищенному от снега тротуару и бубнила под нос, будто репетировала: обуза! Ну как можно было поверить в такую чушь?! Он – моя любовь до самой смерти, вот кто он. Моя жизнь. Мой воздух. Мой единственный, мой любимый… А никакая не обуза! Он…

Я оборвалась на полуслове, на полумысли, замерев на месте, в полной оторопи глядя перед собой.

Ни живая, ни мертвая. Даже дышать перестала.

У ворот дома Рощиных стоял уже знакомый серебристый универсал. Номера этой чертовой Эли я не помнила, зато помнила дурацкую белую пуховую лапку, свисавшую с зеркала заднего вида. И сейчас первым делом присмотрелась и точно – вон она болтается за лобовым стеклом. Хотя и без лапки было ясно как день – это её машина…

С минуту я стояла и смотрела на злосчастный универсал и глазам не верила.