0
0Ну, если ты не против?
– Ну тогда не жди меня, ложись спать. Я скоро приду и к тебе под бочок…
Олеся в радостном возбуждении уселась за стол. Кто-то заявил, что ей надо штрафную – она была только «за». Правда, Норполова окрутить у неё не вышло, он уже вовсю флиртовал с одной из наших медсестер.
– Вот коза, – цедила расстроенно Олеся. – Липучка бесстыжая. Самое обидное, что она ко всем вот так липнет… И к Руслану тоже липла. Они даже с Зойкой из-за него ругались. Слушай, Руслан же передо мной извинился! Какой он всё-таки зайчик.
– Этот зайчик тебя вообще-то выставил отсюда, – напомнила я.
– Ну… работа есть работа. Но извинился же! И ещё мне отгул дал назавтра. Могу всю ночь сегодня гулять, – потом вздохнула горестно, взглянув на Норполова. – Только не с кем.
Мы с ней ещё немного пошептались, и когда я уже собралась уходить, наша кадровичка решила, что и всем тоже пора восвояси. Некоторые вяло возмутились, но засобирались домой.
Мы все вместе вышли на улицу, попрощались тепло, прямо как родственники. А потом Норполов позвал медсестру к себе, чем окончательно добил Олесю.
Порядком окосев (штрафная – страшное дело, видать, еще и на голодный желудок), она шла, покачиваясь, и плакала.
– Пойду топить горе, – всхлипнула она и вдруг выудила откуда-то бутылку коньяка. Оказывается, она незаметно её умыкнула со стола и спрятала в кармане плаща.
– Ну ты даёшь, – удивилась я. – Ты домой?
– Нет, в клубешник хочу. Или в кафе какое-нибудь. Мне надо. Слушай, Тань, а пойдем со мной? Ну, пожалуйста! Я сейчас так не хочу быть одна. Мне так плохо…
В общем, я еле отговорила её не искать приключения на свой зад. Только пришлось вести Олесю к себе. Жила она у черта на рогах и денег на такси у нее не было.
Мы быстро дошли до моего дома, поднялись на этаж. Возле квартиры остановились и, вынув ключи, я её предупредила:
– Дима мой уже, скорее всего, спит, так что не шуми, поняла?
– Пфф, я и не собиралась, – заверила она громогласно.
– Громкость тоже убавь, окей?
Я открыла дверь, мы тихонько вошли в темную прихожую, разделись. Я кивком указала Олесе на большую комнату, сама на цыпочках прокралась в спальню. Но Дима действительно уже спал. Я затворила двери поплотнее, чтобы его не разбудить.
Потом вернулась в большую комнату, достала с антресолей чистое белье.
– Смотрю, у тебя тут тоже празднично так…
– Да, это Дима вчера меня поздравил, – улыбнулась я и включила гирлянду.
– Вау, он у тебя романтик. Слушай, а как он это всё сделал? Ты же говорила, что он слепой.
Её слова меня почему-то неприятно царапнули.
– Ну вот так. Может, нанял агентство, не знаю. Не всё ли равно?
– Тебе в душ не надо? – спросила я Олесю, расстилая ей на диване.
– Не-а, не хочу. А где твой сейчас? – спросила она.
– Говорю же, спит уже.
