0
0И тут ощутил под ногами какой-то предмет. Посмотрел вниз – это оказался нож. Огромный кухонный тесак. Это его она, видимо, выронила, когда открывала мне дверь. Только зачем она вообще его брала? Честно, мне аж подурнело.
– Это… ты… – У меня даже не получилось сразу сформулировать свою мысль. – Тань, что происходит?
Она зачем-то принялась отнекиваться:
– Да ничего такого. Просто… ну, ночь уже. Мало ли кто… а я тут одна…
– Ты плакала по телефону.
– Это я от нервов… ты еще и позвонил с незнакомого номера…
– Тань, кого ты боишься? Руслана? – наседал я.
И она сдалась.
– Только обещай, что ничего делать не будешь!
– Как я могу тебе такое обещать?
– Вот поэтому я и не хотела ничего тебе говорить. Как ты не поймешь, что он опасен! У него есть дружки и среди бандитов, и среди ментов. Он с тобой что угодно может сделать… завезет куда-нибудь в лес, на пустырь, не знаю, и… боже, я даже думать об этом боюсь…
Завезет… Я бы посмеялся, но ребра болели. А вот потом мне стало действительно не до смеха, когда Таня, сначала нехотя, но всё-таки рассказала о том, что произошло в Новый год и сразу после.
Мы с ней сидели на кухне, она пыталась меня чем-то накормить, но у меня кусок в горло не лез. Хотелось всю душу из этого хозяина клиники вытряхнуть. Своими руками. Ярость стучала в висках, душила, скручивала внутренности. И не давала здраво мыслить. Какой же мразью надо быть. Ещё и себя не уважать.
– Ну а потом, – продолжала Таня свой рассказ, – Артем Шаламов отвел меня к своей знакомой. Она – адвокат. Валерия Самарина. Погугли, что о ней пишут. Она, оказывается, нереально крута! У них с Шаламовым там бешеная любовь или ненависть, не знаю… но она такая сразу: всё норм будет, не переживай.
– Ты боишься, что он сюда заявится?
– Ну… – Таня замялась. – Он же приперся сюда в Новый год. Кто его знает? Но сейчас уже не боюсь, ты пришел. Ты же не уйдешь?
– Нет, конечно, нет.
