Коронация

Я уже и забыл, какого это желать кого-то настолько сильно и отчаянно, до потери пульса, на разрыв аорты…

– Ты моя, сегодня ты только моя, слышишь, Алисия?! – прошептал, сжимая ладонями её упругую попку, раздвигая ягодицы пальцами, проникая глубже… Дотронулся ладонью до сочной киски. В этот момент девушка сжала бедра, но я лишь усмехнулся, погружая в неё указательный палец, наслаждаясь тем, насколько она мокрая и горячая. И всё это – только для меня! По крайней мере, сегодня ночью…

– Соскучилась по папочке?! – прохрипел, перемещая ладони на её лицо, и слегка надавил на подбородок, от чего полные губки как по команде приоткрылись, и певица чувственно выдохнула, глядя на меня глазами, затуманенными похотью.

Такая соблазнительная и беззащитная, пронзала меня до глубины души своими неестественно синими глазами. Алисия глядела покорно, но в то же время в этом ясном открытом взгляде улавливался вызов.

– Ну, так как ты хочешь?! – прошептал, облизнув языком её нижнюю губу. Али дернулась, как от микроскопического разряда тока по коже…

– Я хочу… чтобы ты уже, наконец, заткнулся!.

. – она эротично провела языком по моей верхней губе. – Что-то стал больно болтливым… – хихикнула, а затем прищурилась. – Но разговоры – это ведь не твоё! Так что закрой свой рот и просто…сделай это!..

На секунду наши взгляды соединилась в одной точке, и я ощутил, как земля уходит из-под ног. Эта упрямая девочка, кажется, только что открыла клетку, и выпустила наружу моего самого дикого зверя…

– РррРРрр… – прорычал, накидываясь на влажный рот и проникая в него своим языком.

Но во мне больше не осталось нежности.

Наоборот, мной овладела настоящая безудержная похоть… И я стал грубо и властно брать её своим языком, откровенно трахать им, покусывая и посасывая притягательные губки.

– Ах… аххаа… – Алисия с жаром отвечала на мои поцелуи, скользя ладонями по прохладному шелку рубашки, упираясь в мою эрекцию своим влажными лепестками, а затем всхлипнула, когда я чуть сильнее прикусил её губу и начала блуждать руками по моему торсу, расстёгивая рубашку.

Я просто обезумел, позволяя ей самой меня раздевать, это удовольствие было ни с чем несравнимо – видеть, как моя скромница слетела с катушек и, наконец, отпустила себя… Наша страсть дошла до критической отметки, когда она со всей дури потянула ворот рубашки на себя, а затем дернула, так что пуговицы разлетелись в разные стороны… Вот черт.

Я понятия не имел, что в ней сокрыт такой огонь…

Помог Алисии избавиться от долбанной рубашки, и пока она скользила руками по моему обнаженному телу, дрожащими пальцами стал расстёгивать пряжку ремня.