А потом чуть потянул за руки на себя, и я уперлась в его эрекцию. Аха… Уже была на грани, размазывая соки по своим лепесткам, достаточно было вспомнить, ощущения от его прикосновений.
Словно я экспериментальная мышь, которая кайфует от слабых, чуть различимых ударов током… Сладостно. Но в тоже время больно. Теребила влажные складки, упиваясь нарастающими внизу живота ощущениями… Волна оргазма обрушилась внезапно, словно трехэтажный цунами. Меня накрыло, и, сжавшись в комок, даже не заметила, как отключилась…
Распахнула глаза и еле-еле повернула голову. Похоже, на город уже опускались сумерки.
Одна, в чужом городе… Увы, я не поддерживала связь ни с кем из бывших одногрупников Колумбийского, и даже позвонить и попросить привести лекарства было некому. Да и на новой работе еще не успела обзавестись знакомствами, кроме… Нет, этот вариант сразу отпал, поэтому я тихо застонала, представляя, как через неделю полицейские взломают дверь и обнаружат мой хладный обезвоженный труп. Ха-ха.
Потрогала ладонью лоб, он был горячим, как песок на пляже Малибу. Жаропонижающего не было, ровно, как и сил сходить за ним в ближайшую аптеку, поэтому я просто прикрыла глаза, вновь уносясь в беспамятство…
Проснулась, приоткрыла веки, радуясь, что я все еще жива.
– Черт… – прохрипела, ощутив, как паника начинает захлестывать меня своими сто бальными волнами. Мой голос… ОН ПРОПАЛ!!! Попыталась пропеть частушку, чтобы разогреть связки, но тщетно! Вместо красивых мелодичных звуков, получилось хриплое бурчание…
Я застонала.
Тихонько поднялась, чувствуя предательскую дрожь в ногах. Придерживаясь левой рукой за стену, доковыляла до тумбочки, на которой лежала сумка. Достала из неё визитку Райли и телефон.










