1
0А я в таком отчаянии, в каком не была никогда в жизни…
Они расстались возле скорой, на которой Денис вместе со своей невестой отбывали в Краснодар, где их уже ожидала готовая операционная. Вадим отбыл в Сочи в гораздо лучшем настроении, чем ехал накануне в Ростов, хотя другой, не менее, а то и более важный вопрос его жизни пока не был решён. Но Вадим решил не спешить — дождаться понедельника, встречи с Лидией и Никитой на Алисиных выдуманных именинах — а пока заняться работой.
Сотрудничество с Инессой Волчковой было безжалостно отменено. Она примчалась в офис, заигрывала и подлизывалась, потом подкупала и повышала ставки, затем — истерила и угрожала. Но Вадим был непреклонен. У него в кармане всегда оставался козырь — иск за клевету — обычно он до дрожи пугал всех заигравшихся в оскорблённое достоинство. Сработал и тут. Инесса ушла несолоно хлебавши. Позднее Вадим услышал от знакомых, что она немало крови свернула своему бывшему мужу, но оставить его без штанов ей не удалось.
Мероприятие в понедельник было назначено на семь. Вадим должен был явиться в восемь, якобы только чтобы завести подарок. Он и не планировал задерживаться — чашка чая, пара непринуждённых фраз с Лидиным женихом — этого хватит, чтобы составить впечатление. У Вадима глаз был намётан.
Но всё пошло немного не так: парочка опоздала из-за пробок, а Вадим приехал чуть раньше. Он хотел понаблюдать за компанией со стороны, но столкнулся с ними в проходе, и лицо Лидии мгновенно приобрело пятнистую раскраску: бледную с яркими пятнами на щёках.
— Здравствуйте, Вадим Романович, — холодно, немного испуганно произнесла она. — Не ожидала вас увидеть…
Никита — худощавый парень в инвалидном кресле — уставился на Вадима враждебно. Он был одет, как Гарвардский студент: вельветовые брюки, рубашка, свитер с ромбиками и V-образным вырезом, кожаные оксфорды*. Смазливый, гладко выбритый. Придраться не к чему, но это-то и раздражает.
— Добрый день, — Вадим заставил себя улыбнуться и протянуть руку сопернику. — Я Вадим, отец именинницы.
— Наслышан о вас, — процедил сквозь зубы Никита и руку подал, но вяло, и быстро отнял.
Вадим повернулся к Лидии:
— Я только на минуту освободился, решил завезти Алисе подарок — и сразу уезжаю.
На её лице промелькнуло облегчение.
Они втроём прошли к столу, где, как на иголках, ёрзала Алиса и неподвижно застыла её бабушка. Она, по всей видимости, не признавала смысла в этом мероприятии.
— Малыш, это тебе, — Вадим протянул дочери ею же приготовленный пакетик с какой-то мелочью.
— Спасибо, пап, — нервно ответила она и посмотрела на других двух гостей.
— Поздравляю, Алисочка! — обняла её Лидия.
