Консервация ненависти

– Интересовался здоровьем Семена?

– Конечно, – усмехнулся Молнар, – он же его боевой товарищ. А где, кстати, наш прапорщик?

– Никак не отоспится?

– Вызвать его? – спросил Кунич.

– Не надо, пусть отдыхает, пока он нам не нужен. – Молнар повернулся к Тагаеву: – Ты решил, откуда будем связываться с командиром отряда?

– Думаю, нам следует спуститься на равнину. Там места много.

– Но если русские сразу же поднимут вертолет, они могут зацепить нас.

– Не успеют, далеко от серпантина мы уходить не станем. Выйдем на шоссе, свяжемся с подполковником и тут же уйдем в горы.

– А если на шоссе объявится патруль?

– Я с утра послал к дороге наблюдателя, инструктировал и Рината, по их докладам, на шоссе никаких патрулей нет, даже полицейских, я имею в виду ДПС, а в отряд прибыл какой-то генерал. Весь личный состав находится на базе.

– На чем прибыл генерал, Ринат установил?

– На персональной «Хонде» в сопровождении «УАЗа» с охраной в четыре человека.

– Что? – спросил Кунич.

– Хорошо, что генерал не на вертолете прилетел. Значит, сейчас он в отряде. Возможно, в ближайшее время проедет в станицу, где был убит сержант, и дальше в Калач.

Но задерживаться нигде не станет. Его обязательно будет сопровождать командир отряда. Значит, на связь следует выйти ближе к ужину. В 19.00. Каково твое мнение? – взглянул Молнар на помощника.

– Вот и решили. В 18.00 выезжаем на шоссе. Тебе, Сарак, послать вниз еще пару человек для страховки. Ринату неотлучно находиться возле базы и отслеживать все происходящее там.

– Слушаюсь, Мадьяр! Но считаю, что здесь нам долго оставаться небезопасно. Русские начнут поиски захваченных офицеров – будут проводить их везде, включая и горные селения.

Уверен, что они быстро выйдут на Боксар. Более двух суток здесь находиться нельзя.

– А мы и не будем сидеть здесь. Даже двое суток. Сегодня в ночь устроим Бакарову побег. Ты, Сарак, решай, кого подставить старшему лейтенанту?

– Решил. Никольчука. Мне доложили, что он в разговоре с Богданом Попохом намекнул, что пора уходить на Украину.

– Попох напомнил ему об обязательствах контракта.

– Значит, подставляем Никольчука. Ну а с Надой мы вместе поговорим, Сарак. От ее поведения во многом зависит то, как будет действовать Бакаров.

Обговорим и имитацию преследования. Вроде все. Не поехать ли нам к водопаду? Освежиться?

– Я не против, – сказал Кунич.

Тагаев отказался, сославшись на хронический гайморит. Он не желал обострения после купания в ледяных струях горного водопада.

Молнар и Кунич, взяв с собой подругу помощника, Гезу Баллу, втроем поехали в ущелье.

По возвращении Молнар вызвал к себе Тагаева и его сестру. И сразу же обратился к молодой женщине:

– Нада! Тебе сегодня предстоит сыграть важную роль.