8
0Александр нарочно даже не смотрел на Рейвена. Чтобы не выдать себя. Истинных чувств. И вернулся обратно к Клэр. Захотелось поддержать ее. Он подхватил подбородок жены. Приподнял его вверх, заглядывая в чистые, блестящие от слез глаза.
– Помнишь, милая Клэр, как ты хотела, чтобы я унизился перед врагом? Поставил не только твою жизнь, а и, вообще, всю тебя выше себя. Отдал себя врагу. Сегодня ты увидишь это.
Александр резко разжал пальцы, выпуская подбородок Клэр из них. И снова метнулся к Рейвену. Он не ожидал этого молниеносного движения. Когда опустив руку, поигрывал кинжалом. Вернее, вел острием задумчиво по кончику пальца. Александр поднырнул под руку Рейвена, перехватывая его за запястье. И замер вот так… в униженной позе, прижимая его ладонь со стиснутым кинжалом к своей беззащитной шее.
– Довериться просил, Рейвен? – прорычал Александр, портя впечатление от своей покорности. – Так вот он я, смотри, подставил шею перед тобой! Давай, бей, чего ты ждешь? Ты же так давно хотел этого! А я безоружен перед тобой.
Рейвен опешил на секунду, рука даже слегка дернулась. Казалось, инстинктивно хотелось отодвинуть кинжал. Но потом он подался навстречу. Одной рукой стискивая рукоять, второй Рейвен зарылся пальцами в непослушные светло-рыжие волосы, сильнее запрокидывая Александру голову.
– Думаешь, я убью тебя? Прямо здесь? При твоей беременной жене? – ледяным тоном процедил Рейвен, не то оскорбленно, не то с издевкой, так и не понять.
Рейвен провел кончиком кинжала вдоль бьющейся под кожей жилки. Почти лаская линию пульса опасным острием. При этом он по-прежнему жестко держал за волосы, не давая дернуться.
– Алекс! – вскрикнула Клэр, рванувшись к нам, но замерев, не зная, что делать.
– От таких ран умирают быстро. Это было бы слишком просто для тебя, – Рейвен резко убрал кинжал, с силой оттолкнув Александра. – Садись за стол, Алекс, не пугай жену своими выходками. Заодно расскажешь… вспоминал ты обо мне? Обо всем, что произошло там, в Эдинлее? Тебе не приходила мысль о том, что я мог выжить? Она… не пугала тебя?
Александр громко застонал. Его нелепая провокация, желание вывести Рейвена на эмоции и наконец-то вызвать его на поединок, чтобы, черт с ним, героически погибнуть или победить врага, провалилась.
– Чести много, вспоминать о тебе, Ворон, при свете дня! – резко бросил Александр, психуя, и отодвинул со скрипом стул, чтобы сесть, хотя больше всего ему хотелось грюкнуть стулом о голову Рейвена. – Ты приходил ко мне только в кошмарах! В них я рыдал от ненависти к тебе! Но Клэр… всегда умеет утешить меня, – его губы скривила пошлая усмешка. – В ее руках любые кошмары плена или ужасы боя наедине с тобой отступали. Видишь? Я сумел жить дальше после войны. А ты нет.
Александр все-таки встал со стула.
