Избранное

Слышала от старых служанок, мол, это потому, что у человека жизненная сила в волосах, вот отчего в старые времена их не стригли… Да и теперь, чем длиннее и гуще у женщины коса, тем она считается здоровее и… ну, ты понимаешь!

– У нас были похожие поверья, – кивнул я.

Да, точно. Женщины косы не подрезали, а если приходилось, то делали это с такими предосторожностями, что страшно становилось.

– То-то ты и сам такой лохматый! – поддела она. – Так вот, я не очень понимаю, как это связано, но мне няня рассказывала: свой гребень просто так никому давать нельзя. Он твой, он с твоей жизненной силой постоянно соприкасается, и если вдруг попадет в руки дурному человеку, тот сможет тебе навредить.

– А княжнам, значит, можно?

– Так ведь она особые слова сказала, ты не заметил разве? – удивилась Эсси. – Только она их переврала немножко. Нужно говорить «пусть этот гребень служит тебе, как мне служил», а когда человек его возьмет, закончить – «и как он служил мне, так и ты мне служи». Смысл, во всяком случае, именно такой. Понял теперь?

– Понял, – усмехнулся я. – Только я в это не верю. Думаешь, она сумела бы принудить меня повиноваться? Ерунда какая!

– Север, ты же смертознаю служил, – тихо сказал Эсси.

 – И ты называешь ерундой заговоры, которым сотни лет? Я не знаю, как это работает, но во всех сказках, во всех легендах попытавшийся преступить Слово жестоко за это расплачивается!

– Да не силен я в таких вещах, – мотнул я головой. – Ладно, не дуйся. Я тебе верю. Лучше уж вообще ничего у Златы брать не стану… Только не пойму, на кой ей слуга вроде меня?

– Тебя, тебя. А больше всего того, что ты их с Золотом бросишь одних. И еще Хадрисс появился! Я бы тоже, наверно, испугалась, – подумав, добавила Эсси.

 – Только, по-моему, вот так поступать – недостойно княжны. Ты ведь в самом деле даже не представлял, на что соглашаешься!

– Я и сейчас не слишком представляю, – вздохнул я. – Пойдем к костру. Я слышу, там уже пиршество в разгаре. Как бы они назавтра животами маяться не начали…

– Ты разве не хочешь есть?

– Не особенно, – ответил я уклончиво. – Пока обойдусь.

Эсси посмотрела на меня странно, но промолчала…

Хадрисс поступил совершенно правильно, пережарив все, что у него было.

Часть слопали мои подопечные (Золот, по-моему, чуть ли не урчал, как молодой волчонок), но оставалось еще порядочно. Теперь сытые беглецы устраивались в шалашике, а Хадрисс задумчиво смотрел на мясо и чесал в бороде. Я тоже потрогал подбородок – щетины пока не было. Впрочем, борода у меня всегда росла плохо, как у большинства моих земляков.

– Вот думаю, – сказал он, – плохо, зелени совсем нет. Переложить бы листьями, я знаю кое-какие подходящие, дольше бы сберегли. А так все равно испортится.