Он собирался сказать что-то еще, но его речь прервал неожиданно громко прозвучавший голос леди Розмари:
— Не нужно никого допрашивать, ваша светлость! Я расскажу всё сама! Да, вы правы, это я убила Джейкоба! И эту глупую девицу тоже!
Глава 51
Его светлость уже на протяжении получаса подводил мою свекровь к этому признанию, и всё-таки оно шокировало меня. И я вжалась в диван, на котором сидела, и вся обратилась в слух."
"— Бабушка, что ты такое говоришь? — Паула схватила леди Розмари за плечи и затрясла ее, словно напрочь забыв о хороших манерах. А когда та не отреагировала, продолжая смотреть куда-то в сторону, повернулась к герцогу.
— Это ваше право, миледи, — сдержанно откликнулся Стенфорд.
— Паула, сядь на место! — вдруг резко сказала Розмари.
Она замолчала, и девушка, не в силах противиться ее властному тону, всхлипнула и вернулась на свое место. А леди Розмари приступила к рассказу.
— Вы все прекрасно знаете, что мой сын Джейкоб был одержим навязчивой идеей обрести магию. Его дед, сэр Патрик, связывал с ним большие надежды, и это отложилось в его сознании на всю жизнь. И то, что магия Кросби не передалась ему по наследству, стало для него трагедией. Я пыталась объяснить ему, что это ровным счетом ничего не значит, что магические способности утрачиваются сейчас многими семьями в Англии.
Она сделала паузу и попросила Чандлера принести ей воды. И только после того, как она промочила горло, рассказ продолжился.
— Первый брак он заключил с девушкой из почтенной аристократической семьи. В леди Сабрине тоже не было магии, и я надеялась, что это должным образом повлияет на Джейкоба. Но нет. И когда он овдовел, он твердо решил жениться на женщине, у которой были бы те способности, которых не было у него самого.
И она бросила в мою сторону взгляд, полный неприкрытой неприязни. Словно это я была виновата в том, что Джейкоб остановил свой выбор именно на мне. А ведь я и не подозревала о его существовании до тех пор, пока мой опекун не рассказал мне о предложении, которое мне было сделано.
— Он надеялся, что способности матери перейдут к их будущим детям? — спросил лорд Стенфорд.
А я покраснела от этого вопроса. В присутствии дам он прозвучал особенно неприлично.









