— Ну, раз предложила такой экстравагантный ход, значит, у тебя есть идея?
— Есть, — сказала Слава. — Но идеи дорого стоят.
— Свою долю получишь… — с ходу пообещал Даня.
— Нет, я всегда хочу получать, — поставила условия она.
— Говори, в процентах после разберемся, — настаивал Марк.
— Ты похож на Даниила, очень похож, — улыбалась она, наталкивая обоих на простой ход. — Хирургу поработать над твоим лицом, думаю, не составит большой сложности. А с моим придется поработать. Думаю, особенности Дани и тем более Ирмы на производстве в этих городах никто не знает.
Идея была безумной, но понравилась… А где деньги взять на операции? Каприз не из дешевых. Даниил нашел: в его доме много антиквариата — ну, подумаешь, грохнули вазу какой-то там китайской династии (это для родителей), вторая-то осталась, а то и обе… пыли меньше будет. Картины… Такого рода барахла безумной стоимости полно.
— Главное, стопроцентная безопасность, — воодушевляла парней Слава. — Ведь этого никто никогда не делал до нас! Значит, если и случится какой-то сбой, ни один легавый не догадается, где собака зарыта…
Что занимательно, подмечал Георгий, Даниил-1 явно испытывал неудобства, он не смотрел в глаза жене, отворачивался от нее, ерзал, пил.
— Я так понимаю, — нарушила паузу Ирина, — пластические операции прошли удачно, потом Марк с моей копией выкрали новые технологии и продали.
— Все верно, — сказал Марк.
— Посмотри на меня, Даниил, — потребовала она, но тот сидел спиной и даже не шевельнулся.
— Потому что Марку нужно было управлять! — взвыл Даня. — Я не умею! Я только подписывал документы… особенно в банке, там цеплялись за каждую закорючку. А Марк поднимал все наши производства, его могли распознать, народ хорошо меня знал… Мы и придумали: аварии, нападения, больницы…
— Твой отец был честнее.
Даниил ответил тем, что налил в стакан виски и выпил, пришлось отдуваться опять Марку:
— Он умер. Приехал, не предупреждая, вместе с тетей, а встретили в этом доме меня и другую Ирму. Они сразу догадались о подмене, думали, Даниила с его женой я убил. Кстати, Марка во мне не узнали. Даня был в отъезде, иногда и ему приходилось работать.










