Действительно, идея родилась в ее голове, может быть, не столь уж и гениальная, она проста, как тапка, однако в данных обстоятельствах неосуществимая.
— Что, Лидия Николаевна? — нетерпеливо воскликнул Стива. — Говорите, о чем вы подумали!
— Хорошо бы сделать генетическую экспертизу, — поделилась она простым способом установить истину, — тогда мы приложили бы поддельного Шубина круто. Но где взять материал для сравнения?
— Родители Даниила живут за границей, — сказала Ирина, — только я не знаю их адреса, никогда на их вилле во Франции не была.
Лидия Николаевна взглянула на девушку, потом предупредительно на Стиву, кстати, он молодец, понимает, что не стоит говорить сегодня Ирочке о запросе во Францию.
— Какие еще улики мы можем добыть без радикальных мер? — вернулась она к проблеме. — Почерк. Однако нужен образец почерка настоящего Даниила, а почерк фиктивного мы как-нибудь добудем. Звонила графологу, он как раз вовремя возвращается из санатория…
— Я вспомнила, где добыть почерк, — вскинулась Ирина, перебив Гринбес.
— Отлично. Подписями, документами, экспертизами займется Стива, когда все добудем, а я срочно отправлюсь с визитом к Екатерине Васильевне. Но! Не хочется мне появляться с удостоверением, слово «следователь» обычно сковывает, отталкивает, а то и вовсе пугает. Ира, есть какое-нибудь увлечение у Екатерины Васильевны, типа хобби? На почве чего с ней можно сойтись и где, в каком месте? Она же общается с людьми? Встретиться так нужно, чтобы это было случайно, ненавязчиво.
Девушка задумалась, вспоминая детали общения с секретаршей. Дома она у нее никогда не была, родители Даниила считали, ни к чему близкие отношения с обслугой. Но лично к ней относилась Екатерина Васильевна по-доброму, заботливо, впрочем, она была преданной семье Шубиных, отсюда для нее не существовало различий — папа, мама, сын или невестка.










