Я вернусь, когда меня не станет

А почему на вас напал тот человек, что он хотел?

— Он схватился за сумку, я не отдала… тогда он ударил…

— Собственно, мы не по этому делу.

— А по какому? — вытаращила и без того большие, прекрасные, окруженные густыми ресницами глаза Виктория.

— Что вам известно об убийстве жены вашего босса Шубина?

Дивные ресницы опустились, Вика кусала губы, едва вымолвив:

— Может, есть кто-нибудь из ваших знакомых, кто хотел бы видеть Ирму Шубину в гробу?

— Я не могу ни на кого указать, — твердо сказала Виктория, посмотрев прямо в глаза следователю. — Мало ли что покажется лично мне! Оговорить кого бы то ни было… нет, извините.

— Но мы же будем проверять, — убеждала Лидия Николаевна.

— Нет! К тому же в офисе я общаюсь только по работе… Кроме Нонны! Это моя коллега, очень порядочная женщина. Нет, я не могу ни на кого указать.

После ее категоричного отказа Лидия Николаевна забыла излучать свет и радость. «Какая упрямая девочка! — недовольно думала она. — Не может быть, чтобы в коллективе Шубина не шушукались, не делились домыслами и сплетнями, там одни бабы бумажки перебирают, а там, где бабы, — сплетен куча.

Ну ладно, хоть не зря притащились, еще один источник любовница Шубина назвала — Нонну». При этом у Лидии Николаевны всегда имеются в запасе приемчики, с помощью которых она умеет продолжать беседу:

— Видите ли, Ирму убили, а на вас напали, не исключено, что эти два случая имеют один корень, одну цель. Поймите, вы могли стать очередной жертвой, если б не Вениамин. Вы ведь… состоите в близких отношениях с Шубиным.

— Слухами земля полнится, странно, что до вас они не доходят, иногда полезно знать, что творится вокруг.

Мы даже знаем, что вы беременны от него.

Виктория взяла паузу, по всей видимости, она не поняла, к чему клонит пожилая женщина, только всем нутром ощущала невидимую ловушку. Конечно, сотрудникам правоохранительных органов о беременности сказали врачи, а это значит… дело оборачивается против нее.

— Тогда я больше всех подхожу на роль убийцы, — пыхнула Виктория, едва не плача. — Почему нет? Почему не убрать с дороги жену Шубина? Вы сейчас меня арестуете или подождете до выздоровления?

— Если так считать, то как вы объясните нападение на вас?

— Случайность, — выдавила она, закусив дрожащую губу.

— Ладно, не будем вас нервировать, арестовывать тоже не будем, мы очень мирные люди. До свидания.

— Постойте! — вскинулась Вика. — Не говорите, пожалуйста, Даниилу о моей беременности… Пожалуйста… Я хочу сама… чтобы красиво было… И… и еще я не хочу, чтобы он на меня подумал! Чтобы даже на полминуты его посетила эта мысль… ну, вы знаете, какая. А там… станет ясно. Вы же найдете того, кто убил?

— Непременно найдем.