Контрабандистка с красным дипломом

Усевшись на нее, Лэксар маниакально покрывал мое грязное лицо поцелуями. Его губы нежно касались лба, скул, подбородка, век. Он как безумный не мог остановиться, сжимая меня в стальных объятьях.

– Жива, – тихо простонал он мне в губы, – моя малышка. Ты жива.

Я осторожно кивнула головой, не совсем понимая, что происходит. Поцелуи снова обрушились на меня градом.

Нум, тем временем заглянув в ту каюту, откуда я так варварски выбралась, и осторожно прикрыв туда дверь, снова ее заблокировал.

– Астра, а ты, вообще, как из стационарной реанимокамеры выбралась? – тихо поинтересовался он.

– Как-как, ногами! – поделилась я с ним своими способностями. – Очнулась плавающей в чем-то, на ноги не встать, вдох не сделать, уперлась стопами в крышку и выбралась. Меня, правда, током слегка тряхнуло, но это мне только скорости придало.

– Мда, – врач потер подбородок, – страшная ты женщина, Астра, а главное, живучая.

– А зачем вы меня, вообще, в эту камеру засунули?

Лэксар тихо вздрогнул и уткнулся мне носом в плечо.

– Ты умирала, родная. Ты проспала четыре дня и впала в кому. Я терял тебя, милая, поэтому отнес туда.

На секунду мне показалось, что он сейчас заплачет. Тихо обхватив его голову, прижала к себе и тихо поцеловала в волосы, как ребенка.

– Я постараюсь, Лэксар. Видишь, я очнулась, и все хорошо, – тихо шепнула я.

Оказывается, так больно смотреть на моего огромного сильного орша, когда он в таком состоянии. Потерянный, уставший и небритый – сердце защемило от его вида.

– Я уже перестал надеяться и верить.

– Это ты зря, верить нужно! Мой папа говорит, что вера – это лучшее лекарство от любой болезни. Неужели ты думал, что я тебя оставлю, да не дождешься.

Я пыталась его подбодрить, но отчетливо понимала, что ничего у меня не выходит. Взглянув на Нума, я чуть вопросительно кивнула, прося его объяснить, что произошло, когда я заснула. Он меня прекрасно понял. Пройдя к какому-то небольшому аппарату, он включил его, высвобождая длинные полые трубочки и присоски.

– Ты должна была проспать пару часов.

– Я перетащил тебя в реанимокамеру ночью и заблокировал дверь. Это был маленький шанс на то, что ты очнешься и начнешь сопротивляться смерти, – шепнул мой муж.

– Или что ты, не выходя из комы, умрешь, – возразил Нум, который, похоже, был не согласен с действиями брата.