Фаворитка императора

Гракх не выдержит так долго. Форейторы – другое дело, они меняются на почтовых станциях. Вам лучше рассчитывать на пятнадцать дней, потому что, кроме гор, значительно снижающих скорость, возможны любые дорожные происшествия…

– Пятнадцать дней! Следовательно, надо выехать 1 мая! Слишком мало времени остается, чтобы Язон успел приехать. А… верхом можно добраться быстрей?

На этот раз Жоливаль рассмеялся.

– Безусловно, нет. При любом аллюре вы не выдержите больше двенадцати лье в день. Надо иметь дубленую шкуру конного гренадера, чтобы преодолевать большие расстояния. Вы знакомы с историей курьера из Фридланда?

Марианна сделала отрицательный знак. Она обожала истории Аркадиуса, которых у него всегда был большой запас.

– Среди курьеров Наполеона, – начал Жоливаль, – есть один особенно стремительный, некий кавалерист Эспри Шазаль, по прозвищу Мусташ. На другой день после битвы у Фридланда Наполеон захотел, чтобы известие о победе достигло Парижа по возможности быстрее. Это поручение он сначала доверил своему зятю, князю Боргезе, одному из лучших кавалеристов Империи. Но через двадцать четыре часа он отправил с таким же донесением знаменитого Мусташа. Проехав около пятидесяти лье, Боргезе сменил коня на собственную карету и катил в ней днем и ночью. Мусташ же удовольствовался тем, что имел сменных лошадей на станциях и собственную выносливость. Он скакал без отдыха и за девять суток – вы слышите? – покрыл четыреста пятьдесят лье, отделяющих Фридланд от Парижа… и прибыл раньше Боргезе. Необыкновенный подвиг! Но он после этого едва не умер, а Мусташ – это гигант, высеченный из самого твердого гранита. Вы же, дорогая Марианна, совсем не Мусташ, даже если у вас больше мужества и выносливости, чем у большинства женщин. Я раздобуду самую прочную берлину, и мы отправимся в путь…

– Нет, – прервала его Марианна, – я предпочитаю, чтобы вы остались здесь.

– Здесь? Почему? Из-за данного вашему крестному обещания? Вы боитесь…

– Нисколько. Но я хочу, чтобы вы остались ожидать Язона. Вдруг он приедет после моего отъезда, но, не зная, чего я жду от него, и не встретив никого, кто ввел бы его в обстоятельства этого дела, он не сможет попытаться догнать меня. Он сильный мужчина, моряк и, могу поклясться, превосходный кавалерист. Может быть, – добавила она, в свою очередь покраснев, – он попытается ради меня повторить подвиг Мусташа… или приблизиться к нему…

– …и связать Париж с Луккой за одну неделю? Я верю, что ради вас он действительно способен это сделать. Итак, я остаюсь, однако вы не можете ехать одна. Дорога слишком долгая…

– Мне уже приходилось быть одной в дальней дороге, Аркадиус! Я возьму с собой Агату, и с Гракхом-Ганнибалом на козлах мне нечего будет особенно бояться.