Фаворитка императора

Будет время позже… или, по крайней мере, когда появится Язон, если он вообще появится…

Погрузившись в такие близкие ее сердцу печальные думы, Марианна не обращала внимания ни на слишком затянувшееся молчание, ни на то внимание, с которым подруга рассматривала ее. И вдруг совершенно спокойно Фортюнэ спросила:

– У тебя неприятности? Твой муж?

– Он? Его арестовали, – с коротким смешком сказала Марианна, – но через три дня он благополучно сбежал.

– Из Венсенна? Но это невозможно! – категорическим тоном воскликнула Фортюнэ. – Из Венсенна не убегают! Если это произошло, значит, ему помогли. И надо быть дьявольски влиятельным, чтобы добиться такого. Что ты думаешь по этому поводу?

– Уж будто! Я знаю, что ты думаешь, потому что сама думаю так. Никто не слышал об этом побеге, и я могу поспорить, что Император тоже не знает… как он, впрочем, не знал и об аресте. Ладно, назови мне того, кто достаточно силен, чтобы устроить побег из Венсенна английскому шпиону так, чтобы никто об этом не знал и даже газетчики не пронюхали.

– Но есть же наконец тюремщики, канцелярия.

– Поверь, если мы придем в тюрьму, мы найдем там только наивных добряков и самое убедительное запирательство: никто не поймет, о чем мы говорим. Нет, по-моему, дело закончено, но чего я не могу понять – это причину, побудившую Фуше выпустить врага…

– Ты еще не все знаешь…

Марианна торопливо описала разыгравшуюся в Музее восковых фигур сцену и пересказала ужасное сообщение Блэка Фиша. Фортюнэ слушала с заметным волнением и в конце тяжко вздохнула:

– Какая гнусность! Единственное, на что я надеюсь, чтобы оправдать Фуше, это то, что он не знал всего этого.

– Как он мог не знать? Ты считаешь, что Блэк Фиш скрыл от него все?

– Нельзя утверждать, что он видел министра после ареста англичанина. Фуше мог быть в Компьене или у себя в Феррьере. К тому же, когда его информировали об аресте, он, безусловно, не спешил увидеть того, кто это проделал, услышать его объяснения, которые могли оказаться неопровержимыми уликами. Наш министр – хитрая лиса, и если я говорю, что он мог не знать об охотничьих подвигах тво… словом, этого англичанина, то потому, что это вполне возможно. Но уверяю тебя, что я все узнаю точно.

– Это уж мое дело. По меньшей мере, я узнаю причину этой странной снисходительности к английскому шпиону.

– Аркадиус утверждает, что Фуше без ведома Императора затеял переговоры с Англией, переговоры, которые ведутся через банкиров… Бареня, Лябушера и… Уврара.

Темные глаза м-м Гамелен сверкнули злобной радостью.

– Так-так! Это многое объясняет, сердце мое. Я действительно замечала, что последнее время происходили странные вещи как у особняка Жюинье, так и около банка дорогого Уврара.