Фаворитка императора

Тогда Марианна бросалась к окну, но почти сразу же возвращалась со слезами на глазах, убедившись, что это снова был не Гракх.

Постепенно ночи стали подлинным кошмаром. Марианна спала самую малость, да и то плохо. Добровольное заточение, отсутствие физических упражнений, ее новое состояние и беспокойство прогоняли сон. Она использовала бесконечные часы бессонницы, строя всевозможные, одно другого фантастичней, предположения относительно Гракха. Самым ужасным, заставлявшим ее содрогаться и обливаться холодным потом в горячей постели, было то, что бедный мальчик стал жертвой нападения. Несмотря на строгость императорской полиции, дороги были наводнены разбойниками. Одинокий всадник мог стать легкой добычей, и было столько глухих зарослей, где брошенное тело оставалось бы незамеченным долгие недели. Марианна не находила себе места при мысли, что если с ее верным кучером что-нибудь произойдет, никто не сообщит ей об этом. Может быть, она напрасно ждет возвращения преданного друга и ответа, который уже никогда не придет.

Единственный проблеск в этом мраке: Наполеон прислал ей из Компьена записку, вид которой заставил ее кровь бежать быстрее, но содержание, увы, разочаровало:

«Милая моя Марианна. Несколько слов на ходу, чтобы ты убедилась в том, что я всегда думаю о тебе. Хорошо следи за так дорогим мне здоровьем и за голосом, который после возвращения из путешествия облегчит груз государственных дел, обременяющих твоего Н…»

Груз государственных дел? Париж пуст и спокоен, весь двор перебрался в Компьен, но «милая Марианна» знала от постоянно рыскавшего повсюду Аркадиуса, что придворные увеселения и медовый месяц занимали Императора бесконечно больше государственных дел, которых он, похоже, наоборот, упорно избегал в это время. Только балы, охота, прогулки, спектакли и всевозможные другие развлечения, и, исключая представительство в Императорском Совете и аудиенцию Мюрату по поводу итальянских дел, Император ничем серьезным не занимался… Конечно, с его стороны было любезностью написать ей, но – вещь совершенно немыслимая несколько недель назад – Марианна небрежно бросила записку на столик, затем вздохнула и, не глядя на нее больше, вернулась к своим заботам.

Ее желание увидеть Гракха и узнать, может ли она надеяться на приезд Язона, было так велико, что даже приглушило ужасный страх, вызванный сообщением о бегстве лорда Кранмера. Она не вздрагивала больше при каждом необычном шуме, раздававшемся ночью, она не пугалась больше, когда из окна замечала на улице напоминавшую англичанина фигуру. Ведь существовал Блэк Фиш, к которому она питала полное доверие, и еще она знала, что прибытие Язона будет лучшим лекарством против страха.