Эльфийский яд

Усмехнувшись, иронично спросила:

— Ты забыл? Нервы у меня покрепче остальных будут, потому что я уже однажды умерла, после чего меня утащили в другой мир. Чем не похищение? Я уж молчу о своём замужестве.

Зигвард моего юмора не оценил и морщины на его лбу углубились. Однако он не преминул напомнить мне:

— Между прочим, ты от этого только выиграла.

— Кто спорит? — покладисто пошла на попятную. И едва маг расслабился, я задала главный вопрос: — Так что там с Ароном? Почему он сейчас не здесь, а остался во дворце? Ведь ещё одного ты точно мог захватить с собой.

Тут позади послышался треск веток и Зигвард как-то подозрительно облегчённо выдохнул. Повернувшись, увидела, как к нам на полянку выходит Эрик в своём белом волчьем обличии. Он нетерпеливо посмотрел на нас, но приближаться не стал, а опустился на землю неподалеку — выглядело это очень забавно: больше волк, нежели человек, сгорбившись, сидит на пожухлой траве и неуверенно разглядывает меня.

Улыбнувшись, поднялась с бревна и, оставив одеяло на нём пошла к этому белоснежному чуду. Зигвард молчал, но я заметила, как он напрягся, однако мне не было страшно.

 Сердце согревало от осознания насколько дорог мне этот оборотень, да и я ему, если судить по тому, что произошло, и кроме него есть лишь один ликантроп укравший у меня оставшуюся половину души…

Да, теперь моя душа обрела воплощение в лице язвительного Эрика и смешливого Арона. Это немного пугало, но больше прятаться я не собиралась.

Подойдя совсем близко к замершему оборотню, осторожно коснулась покатого лба — волчьи глаза прикрылись, позволяя мне насладиться мягкостью такой непривычно белой шерсти.

 Мои пальцы скользнули к треугольному уху, и я едва удержалась, чтобы не почесать за ним. Мало ли, может Эрик в этом обличии посчитает такое откровенной издёвкой.

— Вернёшься ко мне? — тихо спрашиваю, любуясь истинным воплощением мужа. Мой дар остался спать, потому что в этот раз мне хотелось обойтись своими силами. Или даже скорее я желала получить ответ на один очень важный вопрос и желательно без этих магических костылей.

Синие глаза посмотрели на меня, а затем послышался рык, за которым последовал ни с чем несравнимый треск.

 Тело полуволка стало уменьшаться, перестраиваться и вот уже передо мной сидит не волкоподобный монстр, а такой родной Эрик — от поддёрнутого загаром тела исходил пар, при этом из вещей на нём осталась лишь тряпка на бёдрах некогда бывшая штанами. Волосы мужа оставались ещё пару мгновений белыми, после чего стали темнеть. Через несколько ударов сердца он вновь был жгучим брюнетом с одной белой прядью у лба. Лишь в глазах ещё теплились синие огоньки — они были как доказательство того что произошло.