Контракт на материнство (СИ)

Снова набираю парня, но его номер все ещё вне зоны доступа. Страх за него удваивается, плохое мысли лезут в голову. Нужно было не лениться, взять такси и поехать перед работой домой, чтобы удостоверится в том, что с Колей все в порядке. А теперь весь день не смогу найти себе места.

Где-то к обеду, когда сил дождаться конца дня уже не было, телефон пиликнул, оповещая о том, что абонент «Любимый» снова на связи. Я ухватилась за мобильник и быстрым шагом вышла в раздевалку, набирая на ходу Колю.

— Алло, Коля? — чуть ли не кричу в трубку взволнованно.

— А? Даша? Чего ты в такую рань звонишь?

— Уже обед, — теряюсь я.

— Ты что забыла что я в ночную смену пашу? — его тон резко меняется и становится агрессивным.

Обида заполняет меня в одночасье, а в уголках глаз собираются слёзы. Я ведь волновалась за него, а ещё безумно скучала, а все что может он — упрекнуть меня в том, что я не даю ему выспаться.

— Ладно, раз с тобой все хорошо, позвоню вечером, — произношу потухшим голосом.

— Погоди, Даш.

Я слышу его тяжелое дыхание, какое-то копошение, щёлкает зажигалка и я морщусь: просила же не курить в квартире, да и для здоровья это плохо.

Но сейчас решаю промолчать и обойтись без нотаций.

— А что там с подработкой твоей? Когда аванс будет? Я если что закину деньги в банк, чтобы ты с ними сама по маршруткам не тягалась.

— Так уже.

— Что уже?

— Вчера в банк отвезла.

В ответ слышится напряженная тишина.

— Ты что дура? А если бы украли? Чего меня не набрала? Ты вообще головой думаешь или чём-то другим? — срывается он на крик, окончательно добивая меня.

До этого момента Коля ни разу не кричал на меня. Разве что за немытую посуду мог прикрикнуть и за то, что ушла на работу, не приготовив ему завтрак.

А вот так чтоб по-настоящему — ни разу.

Крупные капли слезы уже не сдерживаясь катятся по щекам, я прислоняюсь спиной к стене, чувствуя как дрожат ноги. Несколько длинных секунд мне понадобилось, чтобы взять себя в руки и ответить мужчине:

— Во-первых, если ты встал не с той ноги, то не стоит вымещать на мне своё плохое настроение. Во-вторых, не смей меня больше называть дурой, эта как ты говоришь «дура» сейчас пашет больше тебя, чтобы нас не выбросили на улицу.

И в третьих, Артур подвёз меня к банку с деньгами. Или ты думаешь он такой идиот чтобы отдать их мне — чужому человеку — посреди улицы и уйти, не удостоверившись что я перекрою кредит, а не исчезну с ними, кинув его?

Меня буквально трясет и распирает от злости и обиды. Напряжение прошедших недель наконецто вырвалось наружу, превращая меня в разъяренную фурию. Я прижимаю к уху телефон, вслушиваясь в то, что происходит по ту сторону, но в ответ лишь его тяжелое дыхание и тишина. Короткая.