0
0— На вокзал? Ты серьезно, что ли, Лисица? Новый год на носу! Пристегивайся давай, вокзал! — качает головой он.
— Лааадно, — блею я, как самая настоящая овечка, послушно натягивая ремень.
Не сломать бы ничего. В этой его машине-иномарке страшно к чему-либо прикасаться. Все эти лексусы, мерседесы и бмв всегда внушали мне какой-то необъяснимый страх. Но, честно говоря, здесь внутри просто удивительно. Тихо, уютно, тепло и красиво, хоть я и не смыслю ничего в автомобилях.
Роман выезжает со двора, а я украдкой смотрю на его руки, вращающие руль. Костяшки пальцев припухшие. Он ведь Вадима ударил…
— Ром, — зову его тихо. — Что там было в квартире потом?
— Неважно, не думай об этом, Ален.
Вот так запросто. «Не думай об этом, Ален». Может и правда не думать? Хотя бы какой-то промежуток времени…
— Нам к бабе Маше пока нельзя, — выдает Ульяна. Вот же ж, трещотка! — Там к ней кто-то приехал!
— А мы не к бабушке, — отвечает Роман.
Я даже спрашивать боюсь куда… Но честно, сейчас мне все равно. Лишь бы подальше от того места, который мы зовем домом. То, что там происходило сегодня вечером, мне лучше не озвучивать.
— А нам колотили в дверь, — конечно, вместо меня это делает сестра. — Как будто ногами били. Хотели чтоб мы открыли. А мы как мышки сидели.
— Ульян, — посылаю ей выразительный взгляд.
— Мм? — хлопает она глазенками невинно. Может и действительно просто сказала, а не для того, чтобы пожаловаться.
Рома хмурится, но молчит.
— Но ты нас спас. Из заточения, как принцесс, — не унимается Ульяна. — Ты — мой герой, Рома.
Он поворачивается назад, задерживает на ней взгляд. Смеется. И мне нравится этот его смех. Всегда нравился, но, наверное, страшно было признаваться себе в этом. Точнее, я никогда не рассматривала его как просто парня. Ну потому что… это же Беркутов! Всякие мелочи да, подмечала. Так, ерунда… Глупости, но в целом… нет.
«Парень Алены», — вспоминаю я. Так Рома представился сожителю матери, Вадиму. Хорошо, что он не видел моего лица в тот момент. Я там, стоя за ним, от смущения чуть костром не заделалась. «ПАРЕНЬ АЛеНЫ».
Мы стоим на светофоре. Бросаю на него быстрый взгляд. И он вдруг в это самое мгновение тоже поворачивается. Как неудобно вышло. Будто поймал меня на подглядывании. Ужас!
Подмигивает мне, и я, ощутив странный укол под ребрами, спешу отвернуться.
Смотри вон Алена вперед, а не на него. Нечего пялиться. Как дурочка выглядишь, ей богу!
Перед глазами снова Вадим. Вадим, летящий на пол. Стонущий Вадим с разбитым носом. И кто его знает с чем еще. Я солгу, если скажу, что мне не понравилось это новое, совершенно незнакомое чувство. Чувство, что кто-то готов меня защищать…
Минут сорок спустя оказываемся почти в центре Москвы. Ульянка с упоением разглядывает вечерние улицы, украшенные к празднику.
