Девочка-лед

 — Есть предположение на тему того, кто имеет к этому отношение.

— И кто же? — не своим голосом спрашивает классный руководитель.

— Сегодня только один человек находился в тренерской, где по обычаю хранятся наши ценные вещи, — кипятком обрушиваются на меня ее слова…

В классе повисает звенящая тишина. Кажется, что абсолютно все одноклассники смотрят исключительно на меня.

— Я ничего не брала! — взволнованно говорю, глядя на Веронику Грановскую. Ведь это именно она обвиняет меня в том, чего я не делала.

— Ну разумеется, — фыркает в присущей ей надменной манере.

— Мне чужого не надо, Элеонора Андреевна, — перевожу растерянный взгляд на классного руководителя.

— Кто знает, своего-то нет, — язвительно подмечает Вероника.

— Не брала я твое кольцо! — оправдываюсь севшим голосом.

— Ну а кто, если не ты? — кривится Грановская презрительно. — Все мы с самого начала знали, что от тебя стоило этого ожидать.

— Нет, девочки, погодите, — ошеломленно качает головой Пельш.

В эту самую секунду дверь открывается, и в класс входит Арина Степановна ГОрлань. Это наш социальный педагог. И фамилия как нельзя лучше отражает основную черту ее личности. Арина Степановна любит покричать. Да погромче. Так, чтобы вся школа ее слышала. Иногда мы задаемся вопросом: «Почему она все еще работает в этой должности?». По сути кроме зычного голоса и таланта поднимать шумиху — пользы от нее никакой.

— Так, 11 А, ну-с, что тут у вас стряслось? — громко спрашивает с порога, окидывая класс пытливым взглядом. — Зачем звали?

— Вор у нас в классе появился, — складывая руки на груди, заявляет Грановская, кивая в мою сторону. — А если быть точнее — воровка.

— Ника, что за бред? — подает голос Беркутов.

— Ром, тебя не было, а мы это, между прочим, уже вторую неделю терпим, — отвечает она, поворачиваясь к нему полубоком.

— У меня часы украли! — сообщает Малютин.

— А у меня бабло! — кричит Костомаров.

— И у меня деньги пропали!

— Я телефона лишилась, — добавляет Сивова. — А сегодня вот у Ники кольцо пропало. Она его в тренерской у Петра оставила, пока в волейбол играли. Ну, чтоб не помялось.

— Не Петра, а Петра Алексеевича, — поправляет ее Пельш. — Тише, ребят.

— Так, и кто это у нас такое творит? — противной, пронзительной сиреной завывает Горлань.

— Мы думаем на Лисицыну, — сообщает Грановская.

— Алена? — соцпедагог вопросительно вскидывает бровь.

— Я этого не делала! — мой голос предательски дрожит от беспокойства и волнения.

Боюсь, в связи с этим, у них может сложиться неверное впечатление обо мне. О ситуации.

— Когда это произошло? — обращается к классу Горлань.

— Мы ж говорим, кольцо утром украли на физре. Остальное — раньше, на неделе.

Арина Степановна подходит ко мне.