0
0— Одевайся, быстро!
— Сначала любовь! — Она раскинула руки для объятий.
— Здесь через десять минут будет полиция и любить тебя будут в камере. Одевайся!
— Ка-акая поли-иция? — она снова заговорила так, словно в патефоне ослабла пружина.
— Обычная. И тебя арестуют. А завтра ты будешь во всех газетах. И если ты не оденешься, то будешь в них голой и унюханной героином.
— Они не напечатают такое, — она отмахнулась и захихикала.
Так, вон ее платье и сумочка, вон туфли. Белье к черту. Жанин ходит без белья, и эта походит. Подобрав все это с пола, я швырнул вещи ей.
— Одевайся или получишь по заднице.
А у меня еще дело. Поэтому, оставив Джин Фей в спальне, я быстро прошел в кабинет Монро, опустился на колено возле письменного стола и с усилием приподнял одну тумбу. Пошарил под ней рукой — да, хоть облицовка и закрывает все до самого ковра, под ней есть свободное пространство. Только отпечатки вот, отпечатки…
Что в столе? Начал быстро выдвигать ящики и в самом нижнем нашел жестяную сигарную коробку. Взял аккуратно, посмотрел «на отблеск», включив настольную лампу — вся захватана. Влезет пакет?
Вывалил сигары, пакет влез.
Та, естественно, даже и не подумала одеться. Теперь она валялась на животе и пыталась дотянуться до тумбочки, а если точнее, то до бумажки с порошком.
— Нет, нет, нет! — Я ударил ей по руке. — Никакого дерьма.
Я схватил ее за руку, дернул так, что она чуть не свалилась с кровати.
— Э-эй, мне нужно… — она снова тупо потянулась к героину.
— Не нужно. — Я высыпал порошок на пол и растер ногой. — Одевайся.
Я расправил ее платье и попытался натянуть ей через голову, но она отказалась поднимать руки наотрез. А когда я попытался это сделать за нее, еще и сложила их на груди. Я уже собирался отвесить ей оплеуху, но в последний момент решил, что так пока даже удобней. Поэтому присел, схватил ее за ногу и попытался надеть туфли.
Получилось тоже плохо, совершенно расслабленная ступня в них не лезла. Будь она в чулках, может, и было бы проще, но чулки тоже валялись на полу. И натягивать их на нее не было ни времени, ни желания.
Я огляделся, взгляд остановился на прикроватной лампе, а если точней, то на проводе. Схватив ее, я рывком выдернул шнур в нитяной оболочке, сложил его пополам.
— Ты одеваться будешь?
— Н-нет, — замотала она головой под платьем. — Ты ублюдок, Эйби тебя убьет.
— Эйби поедет в тюрьму, его уже забрали, — сделал я последнюю попытку решить дело мирным способом. — И если ты отсюда немедленно не смоешься, тебя отвезут следом. С героином и прочим дерьмом. И выйдешь ты уже не скоро.
