Ар-Деко. Своя игра

Машина, сбросив ход до малого, свернула на обочину, чуть подпрыгнув, встала так, чтобы перекрыть мою дверь хотя бы частично, стволом пальмы, а затем я, крикнув: «Из машины!», выскочил наружу, выдергивая из кобуры под пиджаком «38 супер», одновременно сбрасывая его с предохранителя, падая на колено и прячась за пальму.

«Бьюик», подняв клубы пыли, тоже выехал на обочину и встал задом к нам, метрах в двадцати впереди. Двери разом распахнулись с двух сторон, но я не стал дожидаться продолжения и, схватив «кольт» двумя руками, дважды выстрелил в человека с дробовиком, выскочившего с заднего сиденья.

И тут же перенес огонь на водителя машины, лезущего из кабины.

Хлопки выстрелов в пустыне прозвучали как-то жалко, но человек с дробовиком грузно завалился лицом в пыль, выронив оружие, а водитель дернулся и как-то кособоко забежал за «бьюик», схватившись за ребра.

В ответ загрохотал «томмиган», пули щелкнули в ствол пальмы, дробью прошли по капоту «доджа», посыпались стекла. Гусь Шихан, а это был именно он, просто поливал нас пулями как из лейки, не целясь толком, но все же вынудил меня спрятаться за пальму. Другой бы патрон ее и пробил, быть может, но не медленная пуля сорок пятого калибра.

Медленный сорок пятый ничего толком не пробивает.

Голос даже не звучал испуганно. Насколько я успел ее изучить, Сюзет была зла как черт. Только вот не знаю, на кого именно, надеюсь, что не на меня.

Начинались настоящие кошки-мышки. У гангстеров было сначала преимущество в огне, но у меня оказался запас времени. Им надо было прибавить ходу и отъехать дальше, а они полезли из машины тогда, когда я взял уже ее на прицел. И дальше, перекрывая друг другу сектор огня, они попали под мои пули.

И теперь я не могу достать Шихана, но и у него не получается высунуться из укрытия, я сразу его сниму, двадцать метров или около того для меня не расстояние, я бутылку колы в десяти случаях из десяти с такой дистанции разбиваю навскидку.

— Гусь, тупой кусок дерьма! — крикнул я. — Тебе же Падди говорил, что стрелять учат на войне, а не на помойке. Сейчас я тебя возьму и отвезу Галлахеру, посмотрим, что он с тобой сделает, идиотом!

А это уже психологическая война, как кричать ночью в мегафон в сторону вражеских окопов. Пусть думает о том, что он плевал на решение Падди, и при этом все пошло не так, как он замышлял, и что он сейчас по уши в дерьме.

Пусть запаникует.

— Я тебя грохну, мать твою! — заорал он в ответ. — И тебя, и твою суку!

Он на бампер вскарабкался, что ли? Или колесо ноги заслоняет?

— Шихан, до того, как за тобой приедет фургон коронера, обещаю помочиться на твой труп. На добрую память!

Шихан, несмотря на грузное сложение, одним прыжком выскочил на капот «бьюика», держа «томмиган» у плеча. Я вскинул «кольт», но опоздал.