3
0– Вселенная! Как же красиво! – вырвалось у меня.
– Всего лишь гигантское космические скопление звёзд, газа и пыли, удерживаемое силами гравитации, – хмыкнул кто-то позади меня.
– Ты только представь, сколько там планет, видов и форм разумной жизни, неизвестных нам металлов и газов! А сама галактика! Представь, что галактика, которую ты видишь через каких-то два или три миллиарда лет столкнётся с той, в которой мы находимся сейчас. Звёзды и планеты будут перемешиваться, притягиваясь, центры галактик сольются в одно единое, а ты, как крошечная песчинка среди бушующей бури в пустыне, даже не заметишь этого! – я проговорила это, всё ещё любуясь упоительной во всех смыслах картиной.
– Да ты настоящий поэт. Удивительно, что пошёл на технаря, а не аналитика с таким виденьем мира, – ответил мне голос.
Я обернулась, чтобы посмотреть, кто же мой циничный собеседник, и встретилась с пронзительными фиалковыми глазами цварги. Чёрный комбинезон обтягивал её стройное гибкое тело, выгодно подчёркивая тонкую талию и небольшую, но высокую грудь. В отличие от мужчин её расы у девушки не было ни рогов, ни хвоста. Лишь клыки да необычный фиолетовый цвет кожи выдавали в ней цваргу. Кажется, ларки упоминали, что одногруппницу зовут Дебора.
– Аналитики большую часть жизни сидят в своих лабораториях и исследуют эти виды и формы жизни, а я же хочу бороздить космос и наслаждаться его разнообразием, – примирительно ответила я. – А ты как оказалась на техническом?
Видимо, я задала какой-то неправильный вопрос, так как Дебора напряглась всем телом и зашипела, словно потревоженная гадюка:
– Что, тоже считаешь, что мне не место на техническом?! Тоже думаешь, что это направление способны потянуть лишь парни, а я оказалась здесь лишь благодаря папочкиным деньгам?! Как бы ни так! Я честно сдала абсолютно все экзамены!
Фиалковые глаза заметали молнии, Дебора бросилась к шлюзу, ведущему в полигон, но я рванулла за ней и схватила за руку. Как же сильно в этот момент цварга напомнила меня саму! Ведь одноклассники постоянно дразнили меня «мусорной королевой» и считали, что мои высокие оценки и уважение учителей – лишь следствие отцовских денег. Один только Рик был долгие годы моим другом и поддерживал, успокаивал, верил в меня, в конце концов. Мне стало жалко Дебору, ведь у неё-то здесь явно не было друзей, захотелось её поддержать, сказать, что она молодец, раз сама смогла поступить в Академию Космического Флота. Я прекрасно понимала, что это такое, когда тебя воспринимают лишь придатком к кошельку родителя. Боль, отразившаяся в фиалковых глазах, была слишком сильно мне знакома.
Миг – и цварга с перекошенным от ярости лицом обернулась ко мне, обнажив своим острые клыки.
