3
0Такой невероятный вариант вступить в ряды ККФОМ-цев, который я отбросила ещё сегодня утром, посчитав его нежизнеспособным, сейчас виделся мне единственным шансом сохранить свою свободу. Чем ближе я подходила к шлюзу транспортника, тем громче чьи-то недовольные крики заглушали рёв двигателей. Я даже засомневалась, а тот ли это транспортник, о котором говорил капитан Валлуни, но 11:59 на хронометре заставило меня ускорить шаг.
У открытого шлюза стояло трое. Широкоплечий темноволосый юноша в штатском что-то вспыльчиво доказывал офицеру космического флота и капитану Валлуни на незнакомом мне языке. Вся его возбуждённая речь больше походила на лай дворовой собаки, чем на связные слова. Капитан качал головой, что-то тихо возражал, офицер хмурился, переводил взгляд с юноши на капитана и обратно, но в спор не встревал. Когда Стивен Валлуни увидел меня, спешно подходящую к транспортнику, мимолётное выражение облегчения промелькнуло у него на лице. От возмущённого собеседника это выражение не укрылось, он обернулся на меня и метнул гневный взгляд. Я чуть не споткнулась на ровном месте, когда увидела в расстёгнутом вороте рубахи густую поросль и треугольные шерстяные уши, больше похожие на звериные, чем на человеческие.
– О, кадет Станислав Радонежский! Вас-то мы и ожидали, – явно обрадовался моему приходу капитан Валлуни. – Прошу на борт. Вы, конечно, пунктуальны, но в следующий раз приходите, пожалуйста, заранее.
– Ваш пропуск, – это уже сказал молчаливый офицер.
Внутри космического корабля в специальных креслах с широкими подголовниками и подлокотниками уже сидело десять юношей в штатском и ещё два офицера Космического Флота в тёмно-синих комбинезонах с нашивками, разглядеть которые мне так и не удалось. На меня уставилось двенадцать внимательных пар глаз, и на какой-то миг мне даже захотелось сделать шаг назад. Я непроизвольно сглотнула. Мужчины были разных рас, но абсолютно все двенадцать представителей мужского пола были крупными или очень крупными. Ко всему, кресла стояли в два ряда друг напротив друга, то есть куда бы я ни села, меня всё равно продолжат изучать. Нашарив взглядом пустое место с края в конце транспортника, я притянула свою дорожную сумку поближе к телу и прошмыгнула к иллюминатору. В напряжённой тишине быстро плюхнулась на тканевую обивку, запихала сумку под кресло и пристегнулась чуть подрагивающими от волнения пальцами. А когда справилась с последней дурацкой пластиковой клипсой и подняла взгляд, обнаружила, что напротив меня сидят и нехорошо скалятся трое рослых парней с треугольными шерстяными ушами.
