Академия космического флота. Аромат эмоций

Шварх, как они это сделали?

Ещё несколько часов я убила на то, что исподтишка наблюдала за другими отдыхающими и пыталась незаметно повторять их движения. То ли я бестолковая ученица, то ли наличие перепонок между пальцами, двух дополнительных пар рук или хвоста сильно влияют на манеру и стиль плавания, получалось у меня совсем не так, как у других отдыхающих. Но я привыкла добиваться того, за что берусь. В конце концов, моё внимание привлекла пухлая низенькая женщина в светло-лиловом купальнике на пару тонов светлее её кожи. Она делала неторопливые гребки, широко разводя руки и собирая их под грудью, а затем снова выбрасывая их перед собой. Я попробовала скопировать её движения и чуть не закричала: «Получилось!» – когда осознала, что вода действительно держит меня.

Я поняла, что окончательно устала лишь тогда, когда солнце стало клониться к закату, а голодный желудок выдал громкую трель, напоминая о пропущенном обеде.

В номер я заползала бесконечно счастливая с глупой улыбкой на лице, еле волоча ноги за собой. Впервые за долгие годы никто ничего от меня не требовал, и я провела день именно так, как хотела сама, а не как за меня решили родители. Я пребывала в состоянии неги и блаженства в тот момент, когда Анчоус бросился ко мне прямо из прихожей.

– Хозяин Стас, пятнадцать пропущенных входящих звонков от Вашего отца, – затарахтел киберробот. – Я, как Вы приказывали, не перехватывал…

Моё хорошее настроение как рукой сняло. Что ж, этого следовало ожидать, рано или поздно родители должны были вернуться из загородного дома и задаться вопросом, куда подевалась их дочь. Вновь раздался сигнал вызова на коммуникаторе.

– Анчоус, ты мой голос сможешь обработать так, чтобы он звучал как раньше?

– Тогда включай коммуникатор, но без видеосвязи с моей стороны. Я буду говорить с отцом, а ты параллельно обрабатывай мою речь, чтобы он ничего не заподозрил. Хорошо?

Ответом мне послужило мигание красными светодиодами, а пару секунд спустя на весь номер раздался еле сдерживаемый, полный гнева голос моего отца:

Волосы на его голове были всклокочены, галстук отсутствовал, а обычно накрахмаленный воротничок рубашки расстёгнут сразу на несколько пуговиц. Чтобы Вы понимали, своего отца, ведущего бизнесмена планеты, в таком виде я видела впервые. Обычно деловой и собранный Игнар Радосский был сейчас вне себя.

Я грустно усмехнулась. Отец ещё не догадался о том, что я покинула родную планету, и первое о чём он волновался, – как мои действия отразятся на его положении в обществе.

– Привет, – вклинилась я в его монолог.