Вся ложь

Как лучше всего оттолкнуть его без применения силы?

Я встречаюсь взглядом с его мрачными глазами и резким блеском, сияющим в этой зелени. Такой позор, что у такого мудака, как он, такой красивый цвет глаз.

Я могла бы забыть о своем достоинстве и пойти путем мольбы, но сомневаюсь, что это подействовало бы на него.

От него исходит столько безумной ненависти.

Так огромное количество... разрушений.

Я выбираю совершенно другой маршрут.

Высунув язык, я нащупываю его палец, медленно облизывая кожу.

В его глазах появляется удивление, прежде чем веки быстро опускаются наполовину.

Да. Он может скрывать это сколько угодно, но я удивила его. С людьми легче справиться, когда их застают врасплох. Особенно таких демонов, как Ашер.

Он, кажется, из тех, у кого все под контролем, и я поспорила на это, начав лизать его кожу.

Я встречаю его карающий взгляд своим вызывающим.

Его верхняя губа подергивается, будто он услышал мой внутренний вызов и принял его.

Он засовывает палец мне в рот, кружа с моим языком. Я ахаю, но звук приглушается его сильным толчком.

Его плечи расширяются еще больше, и он выглядит как Мрачный Жнец, собирающий урожай жизней — начиная с моей.

Мои зубы задевают его кожу, и я замираю, обдумывая следующий шаг.

— Укусишь, и я сделаю тебе больно в ответ, — говорит он, как будто слыша мои мысли.

Я пристально смотрю на него, но продолжаю.

Чем сильнее он скользит пальцем по моему языку, тем быстрее я облизываю, прижимаясь к его единственному пальцу.

Чем прилежнее я становлюсь, тем яростнее становятся его глаза. Понятия не имею, гнев это, или похоть, или и то, и другое.

Вспышка тепла прокатывается по моему позвоночнику, чем больше я сосу его, но я не останавливаюсь. Если я сохраню этот взгляд в его глазах, он оставит меня в покое.

Мой рот открывается шире, когда я принимаю больше его указательного пальца внутрь. Я даже не знаю, что делаю, но я чувствую, как что-то просачивается из него и устремляется ко мне.

Его маска сползает, и в глазах появляется безумный блеск.

Я могу продолжать обезоруживать его, и скоро он не только оставит меня в покое, но и возможно исчезнет из моей жизни, и...

Он убирает палец так же внезапно, как засунул его внутрь, и я отпускаю его с причмокиванием.

Его лицо возвращается к спокойному фасаду, непроницаемому.

Мое дыхание становится резким и неровным, когда я пытаюсь восстановить контроль над чувствами.

Усталость давит на мои нервные окончания, и мои веки медленно закрываются. Должно быть, из-за лекарств.