Виски для пиарщицы

Я тебя безумно люблю… Но у меня нервов не хватит. Если я не верю этому компромату, это не значит, что я на него не реагирую. Да я с ума схожу от ревности, даже если понимаю, что это подстава! У меня сейчас сердце вытащили и на крюк подвесили, как в мясной лавке… Ты моя маленькая девочка, я должен тебя оберегать, а мне тебя прибить хочется. Ты красивая, ты необыкновенная, исключительная. Ещё и танцуешь. Вокруг тебя всегда мужики будут водить хороводы. Бесконечно! И всегда будут эти фотографии, видео в интернете, сплетни, разговоры. Я не смогу, прости, это не для меня. Ты жар-птица, я тебя не удержу, ты меня просто сожжёшь. У меня уже и так внутри всё выжжено от ревности. Можешь считать, что я слабак… Но я с этим не справлюсь.

- Витя, не говори так, - в ужасе прошептала я. – Как ты можешь…

- Тайм-аут, ладно? Мне надо прийти в себя после больницы.

- Нет, нет, пожалуйста, не надо никаких тайм-аутов! Я так долго ждала, когда ты вернёшься, и вот теперь, когда мы могли бы каждый день быть вместе, ты говоришь «тайм-аут»? Но ведь это невыносимо!

- А ведь я всё тебе объяснил, Маргарита… - вздохнул Виктор. – Неужели ты ничего не поняла? Спасибо, что забрала из аэропорта. Езжай осторожно, сегодня скользко.

Он забрал из багажника чемодан и сумку – сзади влетел ледяной вихрь, хлопнула дверца. Колёса чемодана прохрустели по замёрзшему асфальту, запищал домофон…

Я не могла пошевелиться, не могла поверить, что Виктор взял и ушёл. Он меня бросил? Но как же так! Нет, это какое-то недоразумение… Мы обязательно должны быть вместе… Сейчас он передумает и вернётся… И ведь он даже ни разу меня не поцеловал!

Я ещё долго сидела в машине, потрясённая словами Виктора и тем, что между нами произошло. Убрала волосы от лица и почувствовала слабый запах его туалетной воды – остался у виска и на скуле, там, где мой беглый возлюбленный прижимался щекой. Как хотелось снова оказаться в аэропорту, вернуть тот момент, когда я очутилась в кольце его рук и увидела совсем рядом прозрачные голубые глаза и небритую челюсть…

Два раза выжимала сцепление и включала передачу, два раза глушила мотор. Порывалась выскочить на улицу, где метались от ветра снежинки, и бежать к подъезду. Единственная мысль свербила в мозгу – я не смогу без него жить. Как мне вычеркнуть его из своей жизни, если тогда я и сама исчезаю?

Другая девушка, гордая, разумная, с чувством собственного достоинства, сказала бы: ну, и скатертью дорога. А я не гордая и не разумная, я мотылёк, придавленный сапогом. Ещё жива, ещё трепыхаюсь, но не могу перебороть желания лететь туда, куда меня влечёт неумолимой силой – к свету, к солнцу.

Я всё же вылезла из машины, подошла к двери подъезда и протянула руку к домофону.