5
0Ну, если только самую капельку…
Боялась, что мой звонок разбудит Гришу, но Виктор мог бы сразу выйти в коридор. Зря переживала - номер был недоступен. Отправила сообщение в мессенджер – Виктор его не прочитал. Написала на электронную почту – опять тишина.
Мне казалось, я лихорадочно бьюсь черепом о кирпичную стену: разбегаюсь и бросаюсь головой вперёд. А потом сползаю вниз, ощущая, как по лбу течёт кровь, а в глаза набивается кирпичная крошка. Это было ужасно. Я чувствовала, что Виктор от меня ускользает.
Но если он сам организовал слежку… Тогда о чём с ним говорить?
…- Проклятье! Твою же мать! – закричала бабуля и сразу же кинулась прикуривать сигарету. Руки у неё тряслись. – Рита, что ты натворила?!
- Я не виновата, - дрожащие губы не слушались. - Я не сделала ничего плохого!
- Ты серьёзно?! Да ты практически устроила публичную оргию с Борисычем! – заорала Соня. – Умница, конечно! На людях - оно веселее, приятнее. Но надо было и о Витеньке подумать! Он же теперь повесится!
- Я не устраивала оргию!
Бабуля, поднятая с постели в половине третьего ночи, рассматривала фото на смартфоне не менее ошарашенно, чем я. Несмотря на критическую ситуацию, я успела машинально отметить, что мой чёрный кружевной пеньюар, который бабуля выклянчила у меня летом, очень хорошо на ней сидит.
Удивительно, что и этой мысли нашлось место в голове, секунду назад разбитой о кирпичную стену.
- Кошмар, - простонала бабуля. – Вот же засада! Лучше бы Витя прислал тридцать фоток своего инструмента. Тогда бы мы просто от души порадовались – за него, за себя. А так… Да проще сразу застрелиться, и никаких проблем! Пойдём.
- Куда? - всхлипнула я. По щекам катились слёзы.
- На кухню. Там ножи. Сделаем харакири. Чего мучиться?
- Ты же сказала – застрелиться?
- Какая тебе разница? Теперь уже всё равно.
О'кэй. У меня будет потрясающий труп, проймёт даже самого невозмутимого патологоанатома – череп вдребезги (кирпичная стена), живот вспорот (харакири), в груди – пятнадцать огнестрельных ранений (все смертельные). Вот что бывает, когда у тебя вдруг жестоко, без предупреждения отбирают самое драгоценное – любовь.
На кухне вместо самурайских мечей, используемых для ритуального самоубийства, Соня достала бутылку вина и бокалы.
- Вино не поможет, - я в отчаянии помотала головой.
- А больше ничего не осталось. А, ещё есть виски. Будешь?
- Нет. Мне утром на работу.
- И ты ещё собираешься на работу? – изумилась бабуля.
- Да, пойду, - упрямо пробормотала я сквозь пелену слёз. – Вчера целый день пропустила.
- Да ты рыдать будешь до утра!
- А утром пойду на работу. Бабуля, что делать? Я звонила, он не берёт трубку.
- Вот и хорошо, что не берёт! Что ты ему скажешь? Будешь жалко оправдываться, что тебя подставили, а на самом деле ты хорошая девочка? Ты хорошая девочка.
