Меня же не покидало ощущение некой недосказанности. Уж больно много всякого товара пропало. Какой смысл его захватывать, чтобы он потом гнил по различным тайникам? Разбой — это бизнес, пусть и преступный. А значит, никто не будет тратить время и энергию на бесполезные движения. Поэтому я приказал ребятам рыть глубже и искать ниточки к кукловодам. Плохо, что приходилось действовать тайно, дабы не всполошить противника. Были у меня подозрения, что татям помогают люди повыше чином, нежели обычный дьяк или писарь, состоящие при городском воеводе.
И мои догадки подтвердились.
Ехали мы через Москву, так как мне требовалось встретиться с двумя персонами. По возможности надо отбиться от различных челобитчиков и думцев, слетающихся в Кремль при моём появлении. Надоели, ей-богу. Понимаю, когда по-настоящему важное дело. Так ведь идут со всякой глупостью, в основном пытаются протолкнуть родню на хорошие места. Надо бы после затянувшегося открытия университета обдумать создание не только военного и ремесленного училищ, но и академии гражданской службы.
Вот так погружаясь в свои мысли и иногда переговариваясь с подполковником, мы достигли столицы. Всехсвятского[1] моста ещё нет, но одним из первых моих указов было возобновление строительства. Денег туда уходит уйма, но дело нужное. И вообще, пора изучить географию основных торговых маршрутов и задуматься о масштабном возведении мостов и паромных переправ.
Народ особо не обращал внимания на мой кортеж. И хорошо.










