К шатру сразу подтянулись бояре, создав изрядную толкотню. Надо бы их прогнать, но ведь начнут распространять слухи, в которые сами поверят и наделают глупостей. Я же поворачиваюсь к взмыленному князю, слезшему с коня. Вместе с князем спешилась немалая свита. Надо потом попросить Щукина записать фамилии прибывших. Уж больно много высокопоставленных гонцов, больше похожих на дезертиров. Да, паранойя она такая!
И чего так кричать и народ пугать? Будто я не знаю, что в Москве очередная заварушка. Не слишком ли много бунтов для отдельно взятого города? По моим прикидкам, это четвёртый за тридцать четыре года, если считать только крупные.
Мне регулярно докладывали про начало шевелений в Москве, вызванных распространением различных слухов. Затем к созданию нездоровой обстановки добавились провокаторы, начавшие баламутить стрельцов.
К сожалению, мне не удалось рассчитаться со всеми долгами, копившимися более пяти лет. Ведь, кроме стрельцов есть рейтары, городские казаки и госслужащие, которым казна тоже должна немалые суммы. И ссылаться на объективные трудности бесполезно. Стрельцы устали ждать и хотят получить серебро. Людям не нужно столько зерна и тканей, которыми их буквально завалили. Кому их продавать, если покупательская способность населения крайне низкая, а отдавать товары за половину или треть цены глупо.
Потому служивые потребовали оставшийся долг выдать наличкой. Взять которую негде. Вернее, если погасить долги серебром, то неоткуда взять деньги на другие сферы. Обидно, что казне приходится рассчитываться за украденное жалованье. Пусть его и задерживали, но весомая часть денег оказалась в карманах различных махинаторов.
Проведённый аудит, даже самый поверхностный, вскрыл колоссальные нарушения. Воеводы, главы приказов, полковники и думные дьяки присваивали зарплаты подчинённых, не особо скрываясь. Это не считая иных нарушений, вроде взяток, неисполнения своих прямых обязанностей и указов.










