3
0И, конечно же, такой нарцисс, как Моисей, никогда не дал бы это имя ребенку от другого мужчины.
– Ну конечно же! И вот теперь, когда у нас наконец появилась возможность поговорить, разве ты ничего не хочешь мне сказать?
Что он хотел услышать? И как раз ради этого и позвонил?
– Я не знаю, – осторожно ответила Эбби. – Я так давно тебя не видела; нам так о многом нужно поговорить…
– Почему бы нам не начать с пятой главы Первого послания к Фессалоникийцам, стиха восемнадцатого? – резко произнес он, недобро прищурившись.
Еще один экзамен, который она неизбежно провалит.
– Я пренебрегала изучением Библии. Так и не нашла учителя тебе под стать, – сказала Эбби.
– Тогда позволь мне освежить твою память. – Он становился все злее, повышая голос. – «За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Иисусе Христе»!
Уилкокс хотел, чтобы она поблагодарила его! Идея была настолько нелепой, что Эбби чуть не фыркнула. Но на самом-то деле это не имело никакого значения. Она постоянно благодарила всяких психов, торчков и мужей, любящих распускать руки. Благодарила за то, что они согласились поговорить с ней по телефону, благодарила за то, что не убили заложников, благодарила за то, что лишь слегка слетели с катушек, а не окончательно и бесповоротно.
– Спасибо тебе, что помог мне выжить в ту ночь пожара, – сказала она. – И за то, что учил меня. И за то, что послал ту женщину защитить и спасти Сэм. И за то, что слушал меня и утешал все эти трудные годы.
То, как он улыбался… Настолько довольный услышанным… Ей пришлось подавить рефлекторное желание закатить глаза.
– Всегда пожалуйста, – великодушно отозвался Уилкокс.
– Это ведь ты недавно заходил ко мне домой, верно?
– Да. Но, к сожалению, не застал тебя.
Да не искал он с ней встречи! Моисей прекрасно знал, что ее там не будет.
– Я слышала, ты хотел взять Бена на прогулку в парк.
– Я хотел встретиться со своим внуком.
– И Сэм сказала мне, что Дебора обещала отвести ее к тебе.
На секунду он примолк. Затем улыбнулся ей.
– Они – мои внуки, Абихейл. Они принадлежат к моей пастве.
Эбби почувствовала, как ее самообладание мгновенно улетучивается.
– Держись от нас подальше, сукин ты сын! – прорычала она. – Если когда-нибудь приблизишься к нам, я убью тебя. Ты понял это?
Он удивленно моргнул. Эбби крепко сжала телефон, жалея, что не может сейчас просунуть в него руку и ухватить его за тощую шею.
– Остерегайся огня, что горит в тебе, дитя мое, – наконец произнес Уилкокс. – Ибо он поглотит тебя целиком.
Моисей наклонился к камере, и Эбби поняла, что он собирается дать отбой.
