Скрытые намерения

Если вы не против, чтобы мы привлекли больше людей, то есть несколько человек, которым, я думаю, мы можем доверять…

– Нет! Ни за что. Полиция Нью-Йорка прогнила насквозь. Только вы и Эбби, больше никого.

– Тогда вам придется набраться терпения. А тем временем здесь есть кое-кто, кто желает с вами поговорить. Кое-кто, кого вы хорошо знаете.

– Это Эбби? Она уже что-то нашла?

– Подождите, сейчас я вас соединю.

Последовал момент тишины, Гусеница напряженно ждал, крепко сжав челюсти.

– Привет. Гм… это я.

Это был совсем не голос Эбби. Гусеница прислушался к собеседнице на другом конце линии, и сердце у него гулко заколотилось.

– Милый? Это Джеки. Я знаю, что… что ты, наверное, не захочешь со мной разговаривать. Но Уилл думает, что нам следует поговорить. Потому что есть кое-что, о чем я должна была сказать тебе еще некоторое время назад. Мне жаль, что я не сказала этого раньше, – может, это могло бы предотвратить все это. – Она шмыгнула носом, ее дыхание участилось. – Нил… я беременна. Я только пару месяцев назад узнала. Мы станем родителями. И… я хочу, чтобы наш мальчик встретился со своим папочкой, понимаешь? Я хочу, чтобы у нас была семья.

Уилл сказал, что если ты будешь сотрудничать…

Гусеница положил трубку, завершая разговор. Он едва мог дышать.

Когда телефон зазвонил снова, он не ответил.

Короткое резкое «бип!» встряхнуло Эбби, заставив ее вздрогнуть в тревоге, сердце у нее глухо застучало. Она заснула. Она была в машине Карвера, и что-то тяжелое и теплое накрывало ее. Длинное пальто Карвера. Вероятно, он укутал ее, когда понял, что она спит.

Эбби помассировала ноющую шею, затуманенно оглядываясь по сторонам. Карвер сидел на водительском сиденье, прислонившись головой к боковому стеклу, – глаза закрыты, рот слегка приоткрыт.

Она смотрела на него несколько секунд, просто черпая силы в его присутствии рядом с ней.

Их машина была припаркована у знака, на котором четко указывалось, что парковка запрещена. Сбоку от себя Эбби могла разглядеть в темноте голые, похожие на скелеты деревья, а еще дальше – воду.

Когда они возвращались с допроса Джорджии, что-то продолжало теребить ее – что-то, не укладывающееся в общую схему. Как будто она почти собрала головоломку и в руке у нее осталась только одна деталька, которую никак не удавалось пристроить на оставшееся свободным место.

И вместо того чтобы выяснить, где она допустила ошибку, Эбби попыталась вбить эту детальку силой. Хотелось исправить эту ошибку, все хорошенько обдумать. Но чем ближе они подъезжали к школе, тем сильней мутили разум помехи, вызванные страхом и беспомощностью. Поэтому она попросила Карвера ехать дальше, чтобы найти место, где можно было бы спокойно во всем разобраться. А потом, должно быть, ее просто сморило.